Подъехали ближе, нас заметили, от осаждающих отделилась группа всадников, наш передовой дозор выехал навстречу, вижу в бинокль, машут руками, значит, "дружественного огня"[352] не будет.
Подъехали, по-французски никто не говорит, по-галапагосски[353] тоже, пришлось ждать переводчика. Спросил, где рас Микаэл, — не знают… А как в крепости? Хотя какая там крепость — земляной вал высотой метра три, но перед ним — такой же ров, и еще колья торчат в предполье — там, сказали, замаскированные "волчьи ямы". Спросил, ходят ли осажденные за водой, оказалось уже не ходят, как полсотни человек перестреляли, перестали ходить, поскольку никто не возвращается. В крепости какой-то запас воды есть, но вот два дня назад он выгнали из ворот лошадей и мулов, а потом стрелять по ним принялись, значит, избавились от лишних водохлебов. Спросил местных, стреляют ли пушки и сколько их. Ответили, что, вроде две, но, похоже, боезапас расстреляли, молчат уже неделю. Попросил абиссинцев с белым флагом вызвать парламентеров на переговоры, сказать, что приехал фитаурари, нет, не поймут, скажите — генерал-лейтенант Негуса, рас Искендер, обсудить условия их капитуляции.
Через час из ворот помахали белой тряпкой, потом вышел трубач и протрубил сигнал, за ним показался офицер с белым флагом на палке. Крикнул, чтоб не стреляли и своим приказал, если кто из местных подымет оружие — огонь на поражение, да не парламентеров, бестолковые, а того, кто оружие подымет. Подошел итальянец, представился, лейтенант имярек. Спросил, на каком языке ему удобнее говорить кроме итальянского: по-французски или по-немецки, а может, по-галапагосски — вон, мои артиллеристы оттуда. Стали говорить по-французски. Предложил капитулировать на условиях сохранения жизни. Офицерам могу оставить личное оружие. Солдаты сдают оружие в исправном состоянии, то же касается артиллерии. Если что-то будет неисправным — расстрел виновных на месте, не обессудьте. Лейтенант сказал, какие я могу дать гарантии. Ответил, что под мое честное слово, если у вас служат сомали, то они должны знать раса Искендера, разбившего армию принца Абу Салеха, после того боя пленные были отпущены, а раненым оказана первая помощь.
Лейтенант сказал, что передаст условия командиру, дал им шесть часов на размышление. После этого никакие гарантии действовать не будут, в случае штурма форта галласы пленных не берут, вырезают всех начисто. Так что вам лучше принять мое предложение, если хотите снова увидеть солнечную Италию.
Собственно. я здесь затем, чтобы не допустить ненужного кровопролития, форт все равно падет, жажда вас добьет, только вот меня здесь уже не будет и жизни ваши никто не спасет, так и передайте своему командиру — это последний шанс, судьба преподнесла вам подарок, воспользуйтесь же им. Вас никто не упрекнет — вы держались, сколько могли, но жажда убивает и убивает гораздо мучительней, чем пуля.
