На следующий день поехали к одному из самых известных московских меховщиков — Петру Сорокоумовскому. Оказывается, Маше не по возрасту носить соболей, что я собирался ей купить, молодые женщины предпочитают меха попроще (но не сказать, что сильно дешевле). Некоторые сорта каракуля с мелкими и плотными завитками стоили ничуть не меньше — мода, но Маша уже для себя решила, что не будет ходить в этой шубе. Спросил приказчика, нет ли у них горностая. Он ответил, что горностай — мех царский и дорогой,[540] но для нас может расстараться. Принес шубку, шапочку и муфту за которые запросил тридцать тысяч (цена хорошего особняка в Москве, напомню, дом Генриха и Лизы с трудом продали за двенадцать с половиной тысяч). Но Маше понравился больше всего этот комплект, хотя шубка из кунички была тоже ничего и в три раза дешевле.
Но, как говорится, "живем один раз" и "разберите стену, я здесь пройду" — князь ни за что бы не купил (сейчас если князь не из Романовых, а обычный, то денег у него, как правило, нет — все заложено и перезаложено, один титул остался, за немногим исключением. А вот для купца-миллионщика — "для меня невозможного — мало". Так что в моей двойственной натуре взыграл купец… Тут появился сам владелец и сделал мне персональную скидку в пять тысяч, так как узнал абиссинского героя и его принцессу (смеюсь, конечно, но он нас признал и ему интересно было посмотреть прежде всего, на Машу), так как в газетах уже появилась информация о пожаловании нам русских титулов. Ну как не уважить лучшего меховщика Российской империи и я согласился на покупку. В качестве бонуса Сорокоумов предложил еще и отделать остатками горностаевых шкурок Машину зимнюю обувь, на что она, естественно, согласилась и Артамонов завтра привезет ее зимние ботиночки.
Маша была счастлива и хотела было ехать домой в обновке, но все же сентябрь в России — еще не тот месяц, чтобы ходить в шубе и нам завернули покупки, сказали, что рады будут видеть снова и скидка мне сохранится всегда. Подумал, может, бобровую шубу справить и шапку как у Шаляпина на картине Кустодиева, где певец в расстегнутой шубе на фоне ярмарки и с белым бульдожкой у ног. Тепло и солидно — все же "превосходительство", хотя в Москве я чаше ходил в партикулярном платье, это Петербург затянут в мундир, а купеческая Москва проще и свободнее в нравах. Пока ехали домой, размышлял не будет ли очень нескромно для Маши показаться в горностаях и пришел к выводу, а чего скромничать — на любом княжеском гербе фоном служит горностаевая мантия, да и Маша царской крови, пусть и не русской — так что с этим, как раз все в порядке.
Через неделю опять был на новом заводе и посвятил обходу целый день. На этот раз меня сопровождал помощник управляющего Соколов Иван Егорович, выпускник коммерческого училища и с опытом руководства на уральских заводах — протеже Черновых. Впрочем, он недавно вернулся от них, передавал привет и добился скидок на поставку реакторной нержавейки. Мне он показался молодым (лет тридцать с небольшим) и дельным. При обходе работ с удовлетворением отметил, что рабочих стало больше, Соколов сказал, что нанял еще три артели строителей и теперь точно закончит цеха к декабрю, а зимой будет заниматься отделкой и установкой оборудования. Потом мы посмотрели, как идет строительство амбулатории с больницей на тридцать коек и школы на четыреста учеников, из них шестиклассной — на сто мест (четыре класса по двадцать пять учащихся с подготовкой к реальному училищу).
По поводу лавки он не согласился с тем, что продукты несвежие, цена — да, процентов на двадцать выше, чем у селян, зато селяне в долг под расписки давать не будут. Зашли в лавку — ассортимент нормальный, попросил показать мясо — в СССР за таким бы сразу удавились в очереди. По поводу бараков Соколов сказал, что живут там вчерашние крестьяне, со всем их крестьянским сознанием и когда из них рабочий класс получится, даже Плеханов не знает (вот как, мы и революционную литературку почитываем?). Года через три можно будет начать переселять из бараков в кирпичные корпуса, Иван Егорович был в Твери и видел, как Морозов построил свой городок для рабочих с казармами из кирпича, ему понравилось, но зачем делать казармы пятиэтажными, двух вполне бы хватило.
