В общем, отношения были устоявшиеся к полному удовольствию всех сторон. Но тут Штерн откуда-то узнал, что стоимость провозимых товаров часто бывает много выше, чем заявляет купец. То есть она и должна быть выше, иначе с чего было бы мзду брать, но не настолько же! Получатся, что купец на этом выигрывает много больше таможенников. А тем еще с начальством делиться надо. Несправедливо. В общем, с появлением на посту Пети начался активный пересмотр негласного соглашения с купцами.
- Замечательно! - Подумал Петя: - А мне-то что с этого? Зарезать уже пытались. А вот про награды пока ничего не слышно.
Впрочем, на таможне он только третий день, и выводы делать рано. Хотя то, что условия не были обговорены заранее, дурной знак. Похоже, опять заботиться о себе придется самому.
Штерн и остальные таможенники появились на посту только к вечеру. Усталые и злые. Никого не поймали, ничего не нашли, еще с жандармами поцапались. Отказались те до ночи ждать. Сейчас как раз смена у портовых рабочих заканчивается, они по домам идут. А которые по крысиным ходам - что-нибудь домой несут. И всех в каталажку? Завтра порт встанет. И даже бунт случиться может. Хотя, скорее, никого задержать не удастся, а вот бока жандармам намнут с высокой вероятностью. Портовые грузчики - народ простой. Помахаться любит.
Петя слушал возмущенные жалобы Генриха Абелевича и про себя улыбался. Вроде, сам в пролете, про премию за вчерашнее сейчас спрашивать совсем неподходящий момент. Но почему-то русского человека всегда радует, когда его начальника мордой об стол прикладывают. Нет у него в душе чинопочитания. Если, конечно, собственной физиономии при этом ничего не угрожает.
- Представляете, он еще и недоволен! - Под "он" подразумевался капитан жандармов Ставрахи: - Людей от службы отвлек понапрасну! Можно подумать, что это таможня должна норы контрабандистов отслеживать, а не его служба.
Тут взгляд Штерна сконцентрировался на Пете и обрел какой-то нехороший прищур, так что сразу захотелось оказаться отсюда подальше. В общем, стало ясно, что ждет его новое и не слишком приятное задание.
- В вашей характеристике, Петр Григорьевич, написано, что эманации "жизни" вы и под землей видеть способны. Как глубоко?
Петя мысленно выругался. Нет, точно у Левашова с местными какие-то дела имеются. Зачем такие подробности про него рассказывать было? Самое скверное, неизвестно, что он там написал. Зря он конверт в дороге не распечатал, просто не предполагал, что про него столько всякого написать могут.
Так что придется правду говорить, и плевать, что там написано. Тем более, непонятно, чем все это для него обернуться может.
- От грунта зависит, Генрих Абелевич. И от интенсивности фона "жизни". Ткань вроде той, что мы давеча задержали, метра за два-три через здешний песчаник определить должен. Людей, наверное, тоже. Больше - только если повезет.
- Маловато, конечно, но вариантов нет. Вы тут с Голубовским сегодня прохлаждались. Теперь давайте - проверяйте "крысиные" норы. Даю на это два дня. И постарайтесь, чтобы вам "повезло", как вы выразились.
Петя слегка растерялся от такого заявления, но Миша подхватил его под руки и со словами "Ну, мы пошли" срочно вывел его за пределы поста.
- Не надо с Генрихом спорить, - пояснил он: - Все равно, ничего не добьешься, а так он нас с работы пораньше отпустил.
Получив общее задание, молодой таможенник перешел на "ты".
- То есть мы проверять ходы сегодня не пойдем?
- Зачем? Завтра там немного помелькаем, чтобы никто не донес, что мы бездельничаем. Или ты всерьез рассчитываешь что-нибудь найти?
Петя задумался. На что он рассчитывает? Или хотя бы надеется?
А надеется он найти источник дополнительного заработка. Желательно, достойного. Не жалкую лишнюю двадцатку в месяц, которую к тому же за жилье отдавать придется, а чтобы не хуже, чем на прошлой практике. Так что пресечь пронос ценных товаров мимо поста таможни для него не просто желательное действие, а необходимость. Вот дальше - возможны варианты, а это - обязательный первый шаг.
Сообщать об этом Голубовскому не стал, а пошел вместе с ним обедать к Ольге Левановне. Все равно, в первый раз под землю желательно идти с провожатым.
На следующий день, с утра, они отправились обследовать тоннели. К Петиному удивлению, идти в город через таможенный пост не стали, а буквально через два дома от того, где они жили, не спрашивая у хозяев разрешения (впрочем, никто на глаза им и не попался), вошли в покосившийся сарай в углу участка. Часть сарая была отгорожена дощатым щитом в рост человека. Так вот за ним, ничем больше не прикрытая, оказалась вырубленная в полу из ракушечника лестница, ведущая куда-то вниз.
- Сейчас тут никого нет, - сообщил Миша: - а вот вечером, когда народ с работы возвращается, здесь не протолкнуться.
Очень похоже на правду. По крайней мере, на ступенях заметны следы неоднократного ремонта. Все-таки ракушечник - камень довольно мягкий, под ногами стачивается гораздо быстрее гранита или чугуна.
