Тут в голову пришла простая мысль: а чего же сам Птахин так о дворянстве мечтает? Личное с окончанием Академии дадут, и довольно. Но, нет же. Мало ему. Хочется большего. Нелогично. Но хочется.
Говорить об этом Палену, конечно, не стал. Вместо этого спросил:
- То есть, если блокада будет провалена, представления не будет вообще?
- Как это она может быть провалена?!
- Тогда чего ты беспокоишься?
- Обидно. Макаров так и сказал, что у меня будет возможность еще не раз себя проявить в этом походе. Но два ордена мне точно уже не дадут. А следующий чин магам, сам знаешь, не светит. У нас его за силу, а не подвиги дают. Нет, показать этим османам, где раки зимуют, я очень даже рад. Но, согласись, первым кидаться в бой и знать, что тебе за это, в лучшем случае, капитан руку пожмет, как-то неправильно. Тебя это, кстати, тоже касается.
Пете перспектива продолжать подрывать вражеские корабли совершенно не обрадовала. Честно сказать, ему такое даже в голову не приходило. Для получения какой-нибудь награды он и так достаточно сделал. Пален, конечно, больше, но и его вклад был немаленьким. Если орден не дадут, так только из-за проблем с выслугой. Или если начальство сильно невзлюбит. Но в первом случае ему никакие новые подвиги не помогут, а чтобы не допустить второго, достаточно старательно выполнять свои обязанности целителя. Лезть лишний раз под пули, тем более, с риском очутиться в воде вдали от берега, совершенно не хотелось. Хотя... награды же и иные бывают.
Блокада порта, это же, считай, узаконенное каперство. Крейсер уже на дне. Бастионы штурмовать для осуществления блокады совершенно не нужно. Это уже война будет. Так что теперь предстоит только купеческие суда перехватывать, которые в Томы или из Томы идут. А там, если он правильно помнит, какой-то процент стоимости конфискованных грузов в пользу команды идти должен. Даже матросам. И уж, тем более, магам, временно приписанные к флоту на время проведения операции. Вполне приличные суммы набежать могут. Получается, отсиживаться в лазарете куда менее выгодно, чем в призовой команде быть. Но сначала все выяснить не мешает.
- Не думаю, что нам серьезные бои предстоят. Будем за нарушителями блокады гоняться. И тут твои умения очень даже к месту придутся. По сути, ты один можешь любого купца захватить. Представляешь, какой у тебя послужной список будет? "В ходе операции магом четвертого разряда Паленом были лично захвачены следующие суда противника...". Да тебе за это "Владимира" не просто с мечами, а с лентой дать должны будут.
Пален рассмеялся:
- Ну, это ты загнул. Не дадут. Но идея хорошая. Да и летать над морем мне понравилось. Но я один досмотр не потяну, придется катер ко мне в помощь присылать. А там еще один маг не помешает. Лучше бы, конечно, это боевик был, но у тебя тоже щит, если что, крепкий. Да и подлечишь кого, если потребуется.
- Спасибо, - сказал Петя не очень уверенно: - Я, конечно, предпочитаю, когда под ногами земля, а не утлая лодочка, но участвовать в операции под твоим началом мне понравилось.
Похоже, лесть Пален не заметил или принял, как должное. Так что одобрительно похлопал Петю по плечу и отправился обратно к Макарову. Хорошо быть сыном генерал-губернатора...
Следующий месяц службы прошел у Пети, можно сказать, почти идеально, хотя началось все не очень гладко. Полностью его надежды не оправдались, в смысле процент призовых оказался весьма невелик. Да еще за него поторговаться пришлось. Причем даже не с капитаном Макаровым, а с чиновником из канцелярии генерал-губернатора - Мышкиным Василием Львовичем, который даже не финансистом был, а в отделе снабжения флота служил.
Прибыл этот тип в расположение флота через два дня после потопления османского крейсера, можно сказать, на личном пароходе. Петя бы назвал его обычным купеческим сухогрузом, если бы тот не был таким большим. За те несколько дней, когда освобожденный от обязанностей на таможне молодой маг приходил медитировать на набережную, на глаза ему попалось довольно много пароходов. Все-таки порт Тьмутаракани - весьма бойкое место. Но этот, пожалуй, был самым большим из того, что он видел. Больше крейсера. По длине примерно равен крейсеру, а в ширину так раза в два больше. Сколько же на таком перевозить можно?!
Оказалось, сие судно с символическим названием "Султан" предназначалось для трофеев. С помощью которых улыбчивый и энергичный чиновник предполагал, если не полностью решить, то хотя бы заметно улучшить снабжение всего военного флота, приписанного к Тьмутаракани "хотя бы на год". Посему первоначально Петин вопрос, какая доля добычи будет персонально его, вызвал лишь ироническую усмешку.
