- А с кем сложились? - грустно подумал Петя: - Наталья Юрьевна не любит, Дивеева теперь волком смотрит, другие кадеты почти не замечают. Левашов все время гадость сделать норовит. Да и те преподаватели, с кем у него хорошие отношения, просто любят свою работу и поощряют его за старание. Своим он ни для кого таки не стал.
Ничего. Переживет. Главное - пятый разряд, а остальное приложится.
Как будто опровергая его грустные мысли об отношениях с другими кадетами, на следующий день к нему в столовой подошла Маша Селиванова. Которой он в прошлом году за просто так отрез очень приличного шелка, привезенного с Дальнего Востока, на платье подарил. А гуляла она, все равно с Мишей Бартеневым. Потомственным дворянином из весьма состоятельной семьи. Хотя не факт, что там дело до свадьбы дойдет. Впрочем, Маше, в отличие от ее соседок по Баяну (она местная уроженка), спешить некуда. Сама магиня и на второй курс перешла. Слабенькая, еле седьмого разряда достигла, но магиня. Очень завидная невеста.
- Ты опять в давилку ходишь? - Сходу спросила она Петю: - Я тоже хочу.
- Попробуй Наталью Юрьевну попросить, она такие вопросы решает.
- Не даст. Придирается ко мне эта стерва.
- Тогда к Трегубову попробуй подойти. Первые занятия на маготроне он проводил. Может, уговоришь.
- Угу, - Что Маша хотела этим сказать, осталось неясным, так как она резко сменила тему:
- Клава Птахина, действительно, твоя сестра?
Петя удивился:
- Есть такая. А ты ее откуда знаешь?
- В соседнем с нами доме поселилась. Просила тебе передать, что хочет тебя видеть. Сама на территорию Академии лезть, говорит, стесняется. Хотя не похоже, чтобы она особо стеснительной была.
Похоже, и впрямь, сестра к нему приехала. Зачем? Или случилось что? Придется навестить.
Глава 30.
Нечитаемая книга
Затягивать Петя не стал, в тот же вечер отправился по переданному Машей адресу. Наверное, лучше было бы о времени встречи с сестрой через Селиванову же и договориться, но та держала себя так, что совершенно не захотелось одалживаться. Вроде, ничего такого девушка не сказала и не сделала, но ее неудовольствие от того, что ей пришлось чуть ли не курьером для другого кадета поработать, Птахин почувствовал. Или он после случая с Дивеевой совсем мнительным стал? Так или иначе, за сообщение поблагодарил и больше тему не развивал.
Дом удалось найти без особых проблем. Адрес был, понятно, только приблизительным - напротив через два дома от Селивановых. Дом Тропиных (ударение на первый слог). Но, поскольку было еще не очень поздно, и народ спать не улегся, уточнить дорогу можно было у любого вышедшего в свой двор соседа, обратившись к нему прямо через забор. Все равно проходящего тихими улочками кадета все местные обыватели замечали и провожали глазами.
Сам Тропин был, по всей видимости, каретником, так как к его дому с одной стороны был пристроен большой каретный сарай. А вот с другой стороны - небольшой флигелек на два окошка, с сенями и отдельной печной трубой.
- Что же, по первому впечатлению, сеструха неплохо устроилась, - подумал Петя: - И, судя по всему, скоро отсюда съезжать не собирается...
Только вот дома никого не оказалось, на дверях в сени обнаружился замок. Маленький, совершенно несерьезный с виду, но вполне ясно дающий понять, что хозяйка куда-то отошла.
К счастью, Петин приход заметили хозяева. И соседи. Похоже, его тут все заметили. Развлечений по вечерам мало, вот местные хозяева при первом же гавке какой-нибудь из окрестных собак все в окна выглядывают.
- К Клаве пришли? - Раздалось сразу же из-за нескольких заборов: - Так она опять к Селиванихе пошла. Все себе платья новые шьет, небось. Разбаловали вы ее, ваше благородие.
Голоса были женские. С трех сторон примерно с одинаковыми речами. И интонациями. Не с осуждением, скорее, легкой завистью. В принципе, мещане Баяна были, как правило, достаточно зажиточными, и новое платье хотя бы раз в год могла себе позволить, скорее всего, каждая женщина.
- А сестра тут уже стала известной личностью, - отметил Петя: - Потому, что новенькая или характером в новое общество вписалась?
Так или иначе, где дом Селивановых он знал хорошо, туда и направился.
Если между хозяйкой дома (Настасьей Павловной) и Клавой и существовали какие-то деловые отношения, то сейчас это было незаметно. Они пили чай. За столом и обе младшие сестры Маши присутствовали. Мужа, что характерно, не было. Пете с ним, вообще, ни разу встретиться не довелось. Впрочем, в этом доме он только второй раз. В первый раз был, когда Мария платье из его шелка демонстрировала. Тогда день был, и папаша младших дочек (старшую мать от кадета академии в свое время нагуляла) вполне мог на работе. Но вечером... Впрочем, не его это дело.
Кадета без церемоний тоже к ним за стол усадили. Чашка тоже нашлась. Правда, вся посуда была разномастной. Видимо, наличие Маши в академии и получаемая ею стипендия, хоть и отразились положительно на благополучии семьи, тратиться на сервиз хозяйка еще не решилась. Или не сочла нужным доставать ради Птахиных парадную посуду.
