Форма на нем была в полном порядке, и снимать ее с себя он не собирался. Удобно, когда два комплекта есть. Вот сменной и занялся. Выгладил, подшил подворотничок, повесил на плечики в шкаф. Сапоги сменные (обе пары) тоже начистил, равно как и пряжки на всех ремнях. После чего все-таки вышел в город – поискать недорогую баню, чтобы вымыться самому. Естественно, нашел. К сожалению, она была тут единственной, но предоставляла услуги на самую разную толщину кошелька. От шайки с горячей водой в общем зале до кабинета с отдельным бассейном и девочками. Пете даже интересно стало, кто последним набором воспользоваться может. Преподаватели академии? Или среди кадетов есть настолько богатые? Впрочем, какая разница – все равно не для него. И, кстати, в Песте банные услуги стоили раза в два дешевле.
Когда вернулся вечером в казарму, там царила суета. Почти все уже возвратились и занимались тем, чем сам он занимался до выхода в город. То есть чистили сапоги и пряжки. Некоторые обращались за помощью, не всегда вежливо, особенно усердствовали дворянчики из Путивля, расположившиеся на соседних койках. С какой стати? Потому что земляк и родом из мещан? Здесь он такой же кадет академии, а не их денщик. Хорошо хоть с кулаками не кидались. Так что Петя посетил ужин в первых рядах и поскорее улегся вроде как спать, чтобы отстали. А на самом деле – довольно долго медитировал, продолжая тренировать магическое зрение.
Причем когда медитация стала переходить (и перешла) в сон, зрение совершенно точно продолжало потихоньку совершенствоваться. Непонятно как, но Петя был в этом абсолютно уверен. Во сне он так же продолжил наблюдать за сеткой каналов, хотя и знал, что спит. Значит, бывает и так. И во сне ему легко удавалось выделить любой фрагмент этой паутины и рассмотреть его как бы в увеличительное стекло (Куделин с таким иногда товар проверял), так что делались видны мельчайшие детали, и проявлялись еще более тонкие капилляры. Более того, он чувствовал, что может на эти капилляры влиять – менять их положение, вытягивать, делать толще, даже дополнительные выращивать. И не делал это только потому, что страшно стало навредить собственному здоровью.
Мысль о том, что можно самого себя изуродовать, Петю так напугала, что он проснулся. Отбой уже давно состоялся, и казарма спала. Было совсем темно, а вот с тишиной дела обстояли, естественно, хуже. Редко какой человек спит совершенно беззвучно. Когда же в одной комнате это делают более пятидесяти молодых парней, то сопение, чмоканье, всхрапывание и тому подобное раздается со всех сторон. Хорошо хоть рулады никто не выводил.
Полежав некоторое время, Петя решил посетить сортир. Не то чтобы и впрямь надо, но отвлечься и нервы успокоить не помешает. Сам не ожидал, что во сне так пугаться можно. Ведь еле-еле себя от экспериментов удержал. И почему-то он уверен, что все сделанное с каналами во сне – наяву тоже отразилось бы. Валерьянку, что ли, перед сном принимать надо? Капли денег стоят, но можно корень пожевать. Хотя лучше бы правильно медитировать научиться.
Выйти в проход, хоть и в темноте, труда не составило. Тем более что совсем полной она не была. Луны не видно, но кое-где на территории горели фонари. Неярко и отнюдь не под окнами казармы, но все-таки…
По проходу идти тем более легко. По прямой, и через каждые три шага – новая пара коек с обеих сторон прохода. Проблемы обнаружились на обратном пути. В сортире, понятно, свет горел. После темноты – необычайно ярко. Это еще терпимо, только проморгаться и привыкнуть надо было.
Часов у Пети не было, но, по его ощущениям, до утра оставалось не так уж много. Час или два. После подъема тут явно не протолкнуться будет, так что предусмотрительный юноша не только облегчил мочевой пузырь, но и умылся, и даже соскоблил бритвой пух и редкие волосы, которые были у него на губе и на подбородке. Можно сказать, побрился. Это приказчики друг перед другом усами хвастаются, а все маги, которых ему до сих пор удалось увидеть (целых четыре: Сухояров в Песте и трое на плацу) никакой растительности на лице не имели. Надо соответствовать.
К сожалению, обратный переход со света в темноту прошел гораздо хуже. Тьма стала казаться абсолютной, и пара минут стояния и хлопанья глазами ничего не дала. Пришлось идти на ощупь.
В принципе ничего страшного, дорога прямая, если идти аккуратно, о края коек не споткнешься. Только вот как свою койку найти? Сосчитать, какая она по порядку, Петя не догадался, помнил только приблизительно. Так что дошел примерно куда надо, а там на слух ориентировался. Если на койке кто-то сопит, значит, она занята.
Вот только ближайший сосед – Николай Брюсов – спал на изумление тихо. Хорошо Петя не сразу на койку сел, а сначала рукой аккуратно пощупал. Не разбудил. Чертыхнувшись про себя, собрался уже выходить и в соседний закуток перебираться, но внезапно передумал. Тихо-тихо приоткрыл дверцу шкафа, нащупал пуговицу на висящем на плечиках кителе и одним ловким движением ее оторвал. И только затем перебрался на свое законное место.
