Судя по фамилии, господин Помедье должен был знать французский. Впрочем, на этом его достоинства не кончались. В мужском хоре «Синоптик» он пел тенором лучше своих товарищей. Почему их коллектив назывался «Синоптик», никто из членов хора не знал. Но они по крайней мере пытались оправдать это название тем, что преимущественно пели песни о погоде. Ничего о любви, они пели только о погоде. Господина Помедье не зря высоко ценили его коллеги. Например, в песне «Смотрите, как звёзды…» он очень долго мог тянуть «ё». Его коллеги уже собирались уходить домой и складывали ноты, а он все тянул свое «ё».
Летом, когда выступлений бывает меньше, господин Помедье отправился в поездку по Марокко. Не один. Он отправился в составе группы туристов. Все они были веселые и остроумные люди. А господин Помедье был самым веселым из них. Во время плавания из Марселя в Африку он появился на палубе в трусах, вызвав бурную реакцию окружающих, в первую очередь дам. Вот каким весельчаком он был. А иногда он посылал в сторону таинственного черного континента долгие звуки «е» и «а». В Касабланке группа находилась недолго. Она почти сразу отправилась в Марракеш, где господин Помедье вместе с другими спутниками забирался на верблюда. Это был незабываемый момент, но господин Помедье сломал при этом очки, что сделало его более осторожным, и потому не поехал осматривать оазис.
На третий день он отправился побродить по узким улочкам города и купить недорогие сувениры. Он внимательно и с интересом осматривал все вокруг и увидел в тени человека, стоявшего на голове.
Господин Помедье пришел в ужас. Он воспринял это как доказательство того, что Марокко принадлежит к числу развивающихся стран. Он подошел поближе. Рядом с человеком, стоявшим на голове, лежала шляпа, господин Помедье бросил туда мелкую монету и хотел быстро удалиться, так как больше не мог выдержать такого ужасного зрелища. Но тут он услышал голос стоявшего на голове:
— Заберите свои деньги, мой господин. Я делаю это не ради заработка.
Человек говорил по-французски, но господин Помедье понял его безо всякого труда. Разумеется, он не заставил себя упрашивать, сунул монету обратно в карман, но потом все же спросил несчастного, что его заставило принять такое необычное положение. Они разговорились, и человек объяснил господину Помедье преимущество стояния на голове: во всем теле появляется какая-то легкость, даже пищеварение облегчается.
— А голос? — спросил господин Помедье.
— О, особенно голос! Вы только подумайте, при этом устраняются всякие преграды и голос может беспрепятственно литься в пространство.
Этот аргумент убедил господина Помедье. Он горячо поблагодарил своего собеседника и на прощание сердечно потряс ему ногу.
Вернувшись домой и купив новые очки, он тут же начал тренироваться в стоянии на голове. Вначале прислонялся к двери, а затем научился стоять свободно и безо всякой опоры.
В это время от сердечного приступа скончалась тетя одного из участников хора. «Синоптики» что-то спели на могиле о погоде, а затем начался разговор о сердечных болезнях и современном образе жизни. И вот тут-то господин Помедье не смог удержаться. Он рассказал о том, что каждый день стоит на голове и какое это дает облегчение. Он заявил, что при стоянии на голове исключаются любые сердечные недомогания.
Вначале товарищи засомневались, но он тут же продемонстрировал им красивую стойку и пропел все семь строф из «Смотрите, как звёзды…» так чисто и громко, что даже господин Шлитт, владелец фабрики по производству газонокосилок и первый бас «Синоптиков», не смог сдержать слез. А уж производитель газонокосилок так просто плакать не станет.
Все были растроганы и дали друг другу обещание начать усиленные тренировки. Уже через две недели, вечером в среду, все они пели, стоя на голове.
Против этого запротестовал только один дирижер. Он заявил:
— Нас не допустят к участию в празднике, я же знаю этих господ из жюри!
Но их допустили. И еще как! Разумеется, с другим дирижером. Они вышли на сцену. Каждый скромно положил к ногам белую подушечку, на которой жены вышили золотом слово «Синоптик». Затем дирижер поднял руки и скомандовал: «На голову!» И все одновременно вытянули вверх ноги. И запели.
Боже правый, что тут было! Публика неистовствовала от восторга, и «Синоптики» получили первую премию.
Это была неслыханная сенсация для всей страны. «Наконец-то, — писали газеты, — нашелся коллектив, который отважился проложить новые пути в искусстве». Все стали подражать «Синоптикам», даже клубы сверстников, а вскоре эта волна прокатилась по всей стране. Спустя два месяца новую моду подхватили создатели телевизоров и стали выпускать аппараты, в которых изображение было перевернуто вверх ногами. Теперь реакционеры — сторонники традиционного стояния на ногах — лишились последнего аргумента, и чистую радость стояния на голове уже больше ничто не омрачало.
