Жахнуло так, что мне показалось, будто я на пару секунд попал в огненный ад. Гигантский шар яростного огня врезался в ряды рвущегося в коридор разномастного противника и взорвался, разметав во все стороны ошметки огня и крутящиеся тела незадачливых врагов. Видеть сгорающие в воздухе тела рыб и кальмаров было тем еще удовольствием – ведь мы на суше, а не посреди океана. А когда я увидел объятого огнем гигантского дельфина, меня кольнуло острое чувство вины – с детства любил этих созданий. Дельфин был цифровой и крайне злобный на вид, но все одно меня обожгло виной.
Затем коридор заполнила клубящаяся темная мгла, полностью скрыв всех монстров. Мгла была непростая – уж не знаю как называлось это боевое заклинание заключенное в свитке, но когда мгла рассеялась, не осталось ни одного мелкого монстра, а в воздухе висело размытое изображение злобно ухмыляющегося черепа. То еще впечатление – особо чувствительных могло пробрать морозом до самых костей. И прямо сквозь этот дымный рисунок, со злобным клокотанием, к нам шагнуло два потрепанных и донельзя злющих крабберов, ожесточенно щелкающих клешнями.
Над полом скользнула «огненная струна» и с жалобным бессильным треньканьем порвалась налетев на украшенное костяными шипами колено одного из монстров. Этим их не проймешь. Но глядя на приближающихся чудовищ я не испытывал ни малейшего страха. Не потому что это всего лишь игра. А потому что я смотрел на крабберов поверх плеч заслонивших нас воинов, а в руках у меня разгоралось магическое пламя боевой магии. Лед и пламя – вот чем я угостил монстров, едва только у меня представился шанс.
И угодил точно в цель – сдвоенная очередь углей и ледяных осколков влетела в нагрудную броню впереди идущего краббера. Точно туда, где не хватало нескольких фрагментов толстого хитина. На этом месте курились зеленым дымком несколько пробоин с изъеденными, словно едкой кислотой краями.
Сделавшая короткий шаг вперед Кирея Защитница ударила копьем и со странно мелодичным звуком краббер завалился вперед, получив удар в поврежденное колено. Его чудовищная голова с глухим стуком ударилась о каменный пол и на затылок монстра обрушился разящий удар топора Крея. Подводный монстр заворочался, подтянул под себя ноги, но встать под градом непрестанных ударов попросту не смог и, издав последнее скрежетание, так и умер, не сумев подняться. Пока Бом и Крей добивали упавшее чудовище, Кира сдерживала оставшегося в одиночку, принимая все его выпады на трещавший и звенящий щит. И хотя в передних рядах была только Кира, мы вовсю помогали ей. Под ногами краббера возникали все новые и новые каменные шипы, в его грудь и сочленения рук беспрестанно били «пылающие угли» и «ледяные осколки», а в пробоинах брони то и дело мелькали призрачные тени духов Орбита. Еще несколько призраков лениво отползали от уже помершего первого краббера, направляясь к последнему врагу. Док тоже не сидел без дела – скомпрометировавший себя лекарь вовсю колдовал, исцеляя повреждения полученные от прошедших сквозь нашу защиту редких ударов.
Перед смертью, в последние мгновения жизни, краббер все-таки смог нас удивить. Словив грудью несколько зарядов и напоровшись на каменный пик выросший из пола, он выставил перед собой обе руки и ринулся вперед словно обезумевший бык. Столь же сильный и столь же массивный. От дикого удара пришедшегося по щиту, Кирею сдуло словно пушинку, отбросив назад на несколько метров. Закованного в массивные доспехи паладина буквально впечатало в Дока и оба беспорядочно закувыркались по полу. Кира потеряла около четверти жизни, а вот Док полыхал красно-багровым и оглушено ворочал головой. А сверху на тощем лекаре лежала Кирея, в буквальном смысле выдавливая из Дока последние капли жизни. Рухнув на колени, я простер руку к лекарю, успев за долю секунды перетасовать заклинания. Медленно-медленно его жизнь начала восстанавливаться, девушка мягко перекатилась в сторону, освобождая хилого мыслителя от тяжести своего тела и, тут же вскочив на ноги, бросилась добивать краббера.
Через минуту все было кончено. Наш отряд уцелел. Потери ограничились несущественными физическими повреждениями и километром сожженных навсегда нервов. Когда Док почти помер, мое сердце чуть не остановилось.
- В наших рядах агр – хрипло проинформировал всех Бом, кивая в сторону Киры.
И только сейчас я заметил, что ник Киреи покраснел. Изумрудная и мирная зелень пропала, сменившись агрессивной краснотой.
Игровая система Вальдиры лажанулась и «покрасила» Киру, восприняв ее как агрессора, нанесшего удар по своему товарищу.
- Супер! – буркнула Кира, в сердцах топнув ногой – Хорошо, что я еще не присягнула ни в одном светлом храме!
- Так бывает – успокоил я ее – Сама знаешь.
- Знаю – признала Кира – Сейчас очухаются ангелы бесноватые.
Несколько томительных секунд и коротко моргнув, ник вновь зажегся зеленым. Я не знаю, как именно проверяются все результаты, но несправедливая смена статуса всегда исправляется. Правда, иногда это происходит слишком поздно.
