- Такое забудешь… Рос, но… и что с того? Ну знают. Меня тоже многие знают. И тогда, когда бегала крутым паладином и сейчас, когда бегаю тем же паладином, но уже совсем не крутым. И что? Из-за этого в другой город уезжать? Погоди! Ты в игре натворил что-то? Так это решаемо. Вон с Власом и его ребятами поговорю. Они помогут.
- Я с ними и сам поговорить могу! – оскорбленно рявкнул я – Я вообще-то их подольше, чем ты знаю! Поговорит она! Ага! Переговорщица, блин! Ну, Беда!
- Не называй меня так! А то я тебя Катаной звать буду! А Власа – Пельменем!
- Да называй его как хочешь! – отмахнулся я – Хоть Вареником или Чебуреком! Было бы все так просто – сам бы разобрался, Кир.
- Да что случилось? Ты меня уже пугать начинаешь. Рассказывай!
- Фух… Не надо это тебе, Кира. Сама же знаешь поговорку – кто много знает, того глубже закапывают. Хотя к тебе большая просьба будет.
- Больше никогда не буду молчать, когда ты стоишь на балконе! Рос! Рассказывай немедленно! И что за просьба?
- Для начала вопрос – серьезно произнес я, усаживаясь рядышком – Кто-нибудь знает, что мы встречаем…
- Знают! – тут же перебила меня Беда – Я Гоше рассказала. А он Лысому. Тот Власу. А потом мне Инга позвонила и…
- Ы-ы-ы-ы-ы! Кир-р-ра!
- Еще братишке сказала.
- А ему зачем?!
- Да он последнее время какой-то грустный ходит, муи-ил каких-то вспоминает через слово, от колонн шарахается. Вот и решила его обрадовать.
- Ну и как? Обрадовался он?
- Нет – насупилась Кира – Помолчал минуту и грустно так сказал – бедный мужик… Я ему еще припомню! Кусачки уже приготовила – обрежу ему пуповину кокона! А то больно взрослый стал.
- Ну блин…
- Еще маме Лене сказала! Ей лучше сразу такое докладывать. А то потом проблем будет…
- А она что сказала?
- Тут же начала выспрашивать – пожала плечами девушка – Я ей все рассказала. В общих чертах. Что ты хороший, добрый, что у нас все серьезно и все такое. И что ты пока безработный, а папа у тебя адмирал.
- И?
- А она говорит – бывает же, чтобы у мощного дуба из упавшего желудя кривой хлыщ болотный вырос… Получается что упавший желудь это семя, а…
- Да понял я! Ы-ы-ы!
- Ей я тоже припомню! – успокоила меня Беда - Приготовит она ужин, а я попробую, а потом как скажу что невкусно!
- Короче – уже весь город в курсе, что мы встречаемся, да?
- Почти. Мама с папой еще не знают.
- Ох, Кира…
- А почему я должна была скрывать?
- Хм… - не нашелся я что ответить – И правда…
- Рос – мне на плечо легла мягкая ладонь – Рассказывай. Может что-нибудь придумаем. Не хочу я, чтобы ты уезжал. Даже ненадолго.
- Ну… - поплыл я – Дело в том, что я…
Динь-дон!
Протяжный мелодичный перезвон донесся из прихожей, и я тут же подскочил как от удара электротоком. Дверной звонок. К нам гости.
- Ты кого-нибудь приглашала? – вполголоса спросил я.
- Не-а – беззаботно отозвалась Кира – А ты?
- Я не дома, чтобы гостей звать. Так… теперь надо… теперь надо…
- Надо спросить «кто там»! – нравоучительно заметила моя Беда, поднимаясь с дивана и шагая к двери.
Сказано сделано. Пока я лихорадочно пытался что-то сообразить, как Кира звонко вопросила:
- Кто там?
- Свои! Живо открывай!
- Свои в это время в Вальдире сидят… ой… Мама Лена?!
- А кто еще? Открывай живо, говорю! Телефон выключен! На дворе ночь! Хватит с меня ваших ночевок непонятных! Дверь отопри!
- Рос! – прошипела Кира, отскакивая от двери как ужаленная.
- А?
- Штаны одень! И халат этот дурацкий сними!
Это да… выбравшись из душа, я облачился в хозяйский безразмерный халат из розового шелка и с черным драконом на спине. Халат был коротковат и выглядел я несколько фривольно.
- Где мои джинсы? – заметался я по квартире.
- Откуда я знаю, куда ты их бросил!
- Кира! Немедленно открывай!
- Угу – обреченно протянула Кира, отпирая замок – Блин…
Дверь распахнулась и в дверном проеме возникла незнакомая мне женщина – зрелых лет и крайне суровая. Сверлящий взгляд так и впился в мою грудь обтянутую розовым шелком. В груди екнуло и похолодело. Этот человек не из тех с кем я хотел бы войти в конфликт – об этом буквально вопила моя интуиция.
- Здрасте – беспомощно улыбнулся я, сознавая, что так и не успел натянуть джинсы – Мама Лена?
- Она самая – рыкнула женщина, перешагивая порог – А ты у нас кто будешь? Тот самый?
- Ага – кивнул я – Кривой хлыщ болотный. Из папиного желудя. Выпьете чаю? А?
В квартире повисла звонкая тишина, нарушаемая лишь тихим шорохом – Кира медленно и как ей казалось незаметно, пыталась натянуть джинсы. Мои. Почему-то. Млин…
Ситуация дурацкая. Мы совершеннолетние. Отдаем себе отчет. Встретились осознано. И, несмотря на все эти факты, я чувствую себя как нашкодивший мальчишка. Кира и того хлеще – ее будто парализовало.
- Хм… - задумчиво изрекла Лена, не обращая ни малейшего внимания на свою воспитанницу, зато пристально глядя на меня – Не пьяный. Не обкуренный. Таблеток не нажрался и не кололся. Уже радует.
- Мама Лена! – тонко пискнула Кира.
- А ты помолчи! – отрезала домоправительница дома Крапивиных – Вся в мать пошла! Лишь бы поперек сказать! Так! Молодой человек!
- Слушаю вас – мгновенно отозвался я, тщетно пытаясь опустить края халата пониже.
