"Через год или ишак сдохнет, или я, или султан" - вспомнила Дозабелда фразу из историй о Ходже Насреддине, одновременно рассыпаясь в благодарностях старому мастеру, совету старейшин и всему подгорному племени. Рана Аэриоса снова начала заживать, и пора было трогаться в путь.
* * *
- Что-то я не припомню, чтобы нам гномы подобное предлагали, - задумчиво произнёс Аэриос, разглядывая арбалет.
- Они сделали их на заказ.
- А откуда ты знаешь, что именно нужно было заказывать? Я заказывал гномам множество разных вещей, но такое вижу впервые.
- Они сделали их по моим чертежам.
- А...?
- Два года назад брат пытался стать ролевиком.
- Это...?
- Это такие придурки, которые в детстве не наигрались в войну.
- И...?
- Я ему помогала сделать подобную штуку, перерыла... множество книг на эту тему и запомнила кое-что.
- Мне бы в книги те посмотреть хоть одним глазком.
- Книги дома остались, а дом мой теперь далеко.
- Жаль.
- Жаль, что стрелы летят так неточно и недалеко.
- Ты что думаешь, в два раза дальше лучшего киратского лука - это мало?
- Понимаешь, это смотря с чем сравнивать!
- А ты можешь нарисовать чертёж арбалета, который будет стрелять ещё дальше?
- Могу, но гномы делать его отказались.
- Почему?
- Говорят слишком сложный, и может сломаться.
- Тогда забудь! - сказав это, молодой рыцарь погладил лакированный приклад большого арбалета и, улыбнувшись подобно ребёнку, который увидел чудо, стал крутить ручку ворота. Механизм, состоящий из нескольких шестерёнок, отозвался мелодичным шуршанием, и два прочных шнура, натянувшись, медленно потащили за собой стальной тросик, служивший тетивой арбалета. Дождавшись щелчка, Ветер переключил рычажок обратного хода и, сняв с тетивы скобу с парой крючков, натянул шнуры до упора, снова переключил рычажок. Скоба заняла своё место позади замка под прицельной планкой. Зарядив арбалет короткой толстой стрелой с бронебойным гранёным наконечником, он прицелился в большой пень, что стоял в пятистах шагах на другой стороне общинного поля, и плавно нажал на спуск. Стрела, как и все предыдущие стрелы, воткнулась в небольшую, ладони на полторы в диаметре, круглую зарубку, но так и не попала в отмеченный чёрным цветом её центр.
"Подумать только, поразительная точность, а она ещё и не довольна", - мысленно возмутился Аэриос и, повернувшись к Дозабелде, голосом, полным почти юношеского нетерпения, произнёс:
- Давай следующий! Этот, кажется, пристрелял.
Прототипом своих новых рессорных телег Дозабелда выбрала традиционное цыганское вардо. Впереди на захваченных у мортагских стражников светло-гнедых кобылах ехал дозор из бывших бандитов, наречённых во Христе Иваном и Никоном. Вслед за ними на двуколке с откидным кожаным верхом, на пассажирском сиденье ехала глава церкви. В принципе двуколка была особо не нужна, она скорее подчеркивала статус хозяйки. Слева от Дозабелды, как и положено личной служанке, сидела Вера, она правила лошадью. Время от времени девушки обменивались короткими фразами о погоде, одежде, архитектуре и мужской глупости.
Три кибитки, составлявшие ядро обоза, двигались следом. В первой размещался раненый: глава киратской тайной службы сэр Аэриос по прозвищу Ветер. Он лёжал на трёх слоях хорошо выделанных шкур, сложенных поверх тюков с продовольствием. Прохор, несмотря на свой юный возраст, неплохо управлял лошадьми, а ещё был пусть маленьким, но всё же мужчиной, и поэтому кучером этой повозки был назначен именно он.
Вторым фургоном правила Надя, и в нём был сложен разнообразный товар, купленный в Друнне. В третьем ехали под присмотром неутомимой Агриппины новые оглашенные. Это были: совсем юная девушка, потерявшая семью при пожаре и собравшаяся было поступить в местный бордель, но в последний момент перехваченная Артёмом; столь же юная, но уже с позором изгнанная из борделя за драку с клиентом жрица любви и взятый с поличным самой госпожой Дозабелдой малолетний карманник. Вслед за ними в укороченной одноосной кибитке ехали Лариса и Кинта, получившая при крещении имя Кира. Замыкал процессию Артём на богатырском коне чубарой масти.
