Но сначала ей нужно добраться до Роузвуда и найти письма, доказывающие, что сэр Герберт – ее отец. После этого она немедленно пойдет к леди Торнборо и скажет ей правду. Может быть, леди Торнборо простит ее и не отвергнет.
Как отнесется к ее истории Джеффри, Лиззи боялась даже думать. И все-таки в душе ее теплилась робкая надежда на то, что честным признанием она заслужит хотя бы каплю его уважения. Для нее эта капля перевесит все остальное.
Потому что сегодня она окончательно и бесповоротно поняла, что любит его.
– Тетушка, если не ошибаюсь, на будущей неделе вы устраиваете званый обед? – спросил Джеймс, протягивая руку за приглянувшимся ему бутербродом.
– Именно так. И на сей раз тебе не удастся увильнуть. Я обещала леди Шоу, что ты будешь присутствовать.
Джеймс закатил глаза:
– Умоляю, только не говорите мне, что она придет со своей дочерью.
– Как ни странно, мисс Шоу относится к тебе с пристальным интересом. И что еще более удивительно, этот интерес не вызывает возражений у ее родителей.
Джеймс театрально вздохнул.
– Мисс Шоу непростительно чопорная, скучная и…
– И за ней дают большое приданое, – перебила леди Торнборо. – Она из достойной семьи, в меру образованная и очень богатая. Джеймс, я устала ждать, когда ты возьмешься за ум. Тебе давно пора остепениться.
Джеймс изобразил смирение.
– Хорошо, тетушка, я приложу все силы к тому, чтобы развлечь мисс Шоу. Но знаете, у меня есть идея. Не пригласить ли вам на обед мистера Хайтауэра?
Лиззи с трудом удержала в руке чашку с чаем. Было ясно: Фредди приступил к своим гнусным маневрам.
– С какой стати мне приглашать мистера Хайтауэра? – холодно осведомилась леди Торнборо.
– Он хочет поближе познакомиться с Рией.
– Со мной? – притворно удивилась Лиззи.
– Вчера на балу, после того как ты уехала, он расспрашивал меня о тебе в таких подробностях, что мне – извини, милая кузина – изрядно наскучил сей предмет.
Леди Торнборо прищурилась и проворчала:
– Какого рода подробности его интересовали?
Джеймс пожал плечами:
– Ну, например, точная дата отъезда Эдварда и Рии, обстоятельства их побега, обстоятельства ее возвращения. Представь, кузина, он даже спросил, уверен ли я, что ты действительно была в Австралии.
– Неужели? И как ты на это ответил?
– Да так и ответил: ты говоришь, что была в Австралии, и у нас есть все основания тебе верить. – Джеймс взял с подноса очередной бутерброд. – По-моему, столь неуемная любознательность мистера Хайтауэра предполагает только одно объяснение.
– Какое именно? – осведомилась леди Торнборо.
– Он собирается поухаживать за Рией.
У Лиззи по спине пробежали мурашки. Нет, Фредди собирается не ухаживать за ней, а играть – как кот с мышью.
Леди Торнборо нахмурилась.
– Мистер Хайтауэр отличается крайней распущенностью. Рие нечем ответить на его ухаживания.
– Тетушка, люди меняются, – сказал Джеймс.
Он уверяет, что больше не ищет приключений и нуждается в хорошей жене.
– Я не стала бы для него хорошей женой, – решительно возразила Лиззи.
– Куда важнее, смог бы он стать хорошим мужем для Рии, – сухо заметила леди Торнборо.
– То есть соответствует ли он общепринятым критериям? Что ж, давайте посмотрим. – Джеймс принялся загибать пальцы. – Итак, он из достойной семьи, в меру образован и очень богат. Я ничего не забыл, тетушка?
Леди Торнборо, разумеется, узнала в его словах собственные доводы, но не спешила сдаваться.
– Ты забыл самое главное. Речь идет о человеке, которого обвиняют в убийстве.
– Кто обвиняет? Власти признали его невиновным. А все остальное – не более чем сплетни и домыслы.
Леди Торнборо немного подумала и кивнула:
– Хорошо, я приглашу на обед мистера Хайтауэра. Но не спущу с него глаз. И с тебя. Мисс Шоу не должна остаться без твоего внимания. – Сказав это, пожилая дама встала и вышла из гостиной.
Джеймс с улыбкой повернулся к Лиззи:
– Ты и Фредди – это уже кое-что. По крайней мере у меня появляется шанс пережить обед и не умереть от скуки, развлекая мисс Шоу.
Лиззи вовсе не разделяла его радости, но, конечно, не могла сказать об этом.
– Джеймс, коль скоро ты настоял на приглашении мистера Хайтауэра, расскажи мне, что он собой представляет. Вы с ним давно знакомы?
– Целую вечность. Мы вместе учились в школе. Я не раз говорил тебе о нем. Неужели ты не помнишь?
– Помилуй, Джеймс, у тебя столько друзей и знакомых, что всех их решительно невозможно удержать в памяти.
Джеймс рассмеялся.
– Отчего же? Я без труда справляюсь с этой задачей.
– Джеффри рассказал мне, что мистер Хайтауэр некоторое время жил в Европе. Причем – не один.
– Разумеется, преподобный лорд Сомервилл осуждает такое бесстыдство.
– Это все осуждают, – заявила Лиззи.
К ее удивлению, Джеймс утвердительно кивнул.
– Положа руку на сердце, мне тоже очень не нравилась эта его затея. Я пытался отговорить Хайтауэра, но он ничего не хотел слушать и утверждал, что влюблен.
– Вот как? – удивилась Лиззи. – Ты полагаешь, он и правда любил ту женщину?
– Вероятно, ему так казалось. Но он в конце концов бросил ее и вернулся в Англию.
