Он смотрел на нее, ожидая ответа, и она проговорила:
– Сначала я танцевала с Фредди, а теперь стою на террасе в вашем обществе. Вы удовлетворены?
Джеффри пытался унять свой гнев. Он был уверен, что Рия нуждалась в нем и в его помощи. И он искренне хотел помочь ей. Но как помочь человеку, который полон решимости поступать себе во вред? Он взял Рию за руку и крепко сжал, подавляя желание грубо встряхнуть ее за плечи.
– Я видел вас вместе. Я ведь предупреждал вас, что этот человек опасен. Он охотится на уязвимых и легкоранимых женщин. Очевидно, сейчас он наметил своей целью вас.
– Я хорошо знаю подобных людей, – сказала Лиззи с вызовом во взгляде. – Благодарю вас за заботу, но я способна постоять за себя. Возможно, вам следует вернуться в общество мисс Кардингтон. Кажется, она имеет на вас виды.
– Если у кого-то и есть подобные мысли, так это у леди Кардингтон, но никак не у Люсинды. Она…
Тут Джеффри прервал свою речь, с тревогой отметив про себя, что он допустил бестактность, назвав мисс Кардингтон по имени, что могло быть превратно истолковано как признак их близости. Лиззи также не оставила без внимания его оплошность.
– У Люсинды?.. – переспросила она вопросительно.
– Я хотел сказать, что мисс Кардингтон… Она являет собой пример прекрасной юной леди, покорной желаниям своей матери.
Лиззи внимательно посмотрела на барона; в ее фиалковых глазах отражались огни свечей, горевших на террасе.
– Этого вы хотите от супруги? Покорности?
– Нет! Я даже склоняюсь к мысли, что она не совсем мне подходит.
– В этом не может быть сомнения, – сказала Лиззи с болью в голосе.
Ее слова потрясли Джеффри. И Рия выглядела так, будто только что сама потеряла близкого человека.
– Простите, я не должна была так говорить, – пробормотала она.
Внезапно Джеффри понял, что все еще держит ее за руку. Странно, но он никак не мог заставить себя выпустить ее руку. А она почему-то опустила голову и вздохнула. Джеффри не мог противиться желанию склониться к ее волосам и вдохнуть их запах, чарующий его аромат роз. И в этот самый момент она подняла голову, и ее щека коснулась его щеки. А затем их взгляды встретились. И он понял, что бессилен перед ее чарами, как морской прилив бессилен под влиянием Луны.
Губы ее чуть приоткрылись, и Джеффри не мог больше бороться с доводящим до исступления желанием. Он наклонился и поцеловал Рию.
Миг первого соприкосновения их губ был таким трепетным и пьянящим, что они были не в силах остановиться. Джеффри понял, что хотел этого с самого первого момента их встречи; когда он увидел ее, такую уязвимую и израненную, лежащую без сознания на мостовой, он инстинктивно почувствовал необходимость заботиться о ней – такого он не испытывал раньше по отношению к другим женщинам.
Рия тихо застонала, возможно – в знак протеста, но Джеффри не мог остановиться, а она не пыталась высвободиться. И тут руки ее обвили его шею, и она поцеловала его со всей страстью, крепко прижимаясь к нему.
Но правильно ли это? Ведь он целовал вдову своего брата! И все же Джеффри не мог сдержаться и принялся осыпать поцелуями лицо Рии, зная, что сладость этих поцелуев будет преследовать его вечно.
Наконец он нашел в себе силы остановиться и пробормотал:
– Мы не должны. – Но в его голосе не было уверенности.
Она сделала попытку удержать его:
– Джеффри, умоляю…
– Нет, Рия, – сказал он так отрывисто, что она вздрогнула. Прохладный бриз унес последнее тепло, оставшееся на губах после их поцелуев; самообладание медленно возвращалось к нему. – Вы же знаете, почему мы не можем так поступать.
– Да, понимаю, – сказала она дрожащим голосом, опустив руки. – Представляю, что вы теперь будете думать обо мне.
В эту секунду ему захотелось снова обнять ее и поцеловать так, чтобы выражение раскаяния сменилось желанием, которое он видел минуту назад на ее лице. Ему пришлось собрать все свои силы, чтобы стоять неподвижно и сохранять между ними дистанцию.
Рия отвернулась и подошла к каменным перилам на неосвещенной части террасы. Джеффри же посмотрел в сторону двери в зал и запоздало подумал о том, что их могли увидеть. Слава Богу, у двери никого не было.
Он последовал за ней к перилам. Они стояли молча, глядя на пейзаж внизу. Полная луна серебряным светом заливала сад, который сегодня был необычайно красив и обманчиво спокоен. Тем временем из бального зала доносились музыка и смех.
Рия дрожала, но Джеффри, не доверяя самому себе, боялся подойти к ней ближе. Он хотел утешить ее, но понимал, что сейчас это невозможно. Они должны держать дистанцию, насколько это возможно.
Его захлестнуло чувство вины. Как же это произошло? Он ведь только попытался предостеречь ее по поводу Фредди Хайтауэра… Но желание прикоснуться к ней стало непреодолимым. Как легко грех находит дорогу в людские души…
– Рия, – ему было больно даже произносить ее имя, – я очень виноват перед вами. Так воспользоваться вашей ранимостью было совершенно непростительно.
– Нет, – ее голос был едва различим, – вы не виноваты. – Она повернулась к нему лицом: – Я сама хотела поцеловать вас. Я хотела…
