– Было бы обидно упускать такую возможность, – сказал Джеффри. – Возможно, я приеду в другой раз. В конце концов, между нашими поместьями всего полдня пути.
– Вы же знаете, что мы рады вам в любое время, – заверила его леди Торнборо.
– Что мы будем делать сегодня вечером? – спросил Джеймс. – Рия, тебе удалось попрактиковаться в игре на фортепьяно? Может быть, ты сыграешь нам что-нибудь?
Лиззи попыталась скрыть тревогу.
– Признаюсь, у меня не было желания.
– Непослушная девчонка, – шутливо отчитал ее Джеймс. – Тетушка говорит, что ты каждый день берешь уроки верховой езды. Я рад, что ты наладила отношения с лошадьми. Но не следует ли тебе больше времени уделять изящным искусствам?
– Мне нравится находиться на открытом воздухе, – запротестовала Лиззи. – Вскоре погода испортится, и у меня будет много времени для других занятий.
Подумав о том, что вскоре ей придется тайно овладеть искусством музицирования, Лиззи со смехом добавила:
– А вы, сэр, сейчас не в том положении, чтобы учить меня!
– Да, в самом деле!.. – Джеймс тоже рассмеялся. – Кузина, я вижу, за время своего отсутствия вы научились выигрывать словесные дуэли.
– Благодарю за комплимент, – улыбнулась Лиззи.
Но леди Торнборо нахмурилась и проворчала:
– Я и не знала, что порядочные леди должны владеть искусством словесных дуэлей.
– Не должны, бабушка, вы правы, – скромно потупившись, сказала Лиззи и украдкой снова улыбнулась Джеймсу.
– Лорд Сомервилл, возможно, вы любезно согласитесь рассказать нам о своей поездке в Девоншир? – спросила леди Торнборо. – Насколько я понимаю, вы ратуете за просвещение детей и постройку там медицинской клиники.
Джеймс театрально закатил глаза:
– А нет темы более увлекательной, чем бедные больные люди.
– Я хотела бы послушать про работу Джеффри, – сказала Лиззи.
– Вам это действительно интересно? – спросил барон.
Он был приятно удивлен, когда Лиззи кивнула.
– Вы могли бы рассказать нам о своих планах и о том, как помочь несчастным, живущим в наших окрестностях. Возможно, мы могли бы даже предпринять поездки по некоторым домам, пока вы здесь. Я давно хотела встретиться с нашими арендаторами.
– Я как раз подумал, – сказал Джеффри, – что в таком случае я мог бы и остаться до воскресенья.
– Восхитительно! – одобрила его решение леди Торнборо.
А Джеймс заявил:
– Вот и еще одно отличие нашей Рии от прежней. Теперь ей по душе благотворительность. – Он склонил к плечу голову и прищурился, глядя на нее. – Она забросила игру на фортепьяно ради благотворительности и верховой езды. Как это все странно…
Лиззи лежала в темноте, мучаясь бессонницей и вспоминая все события минувшего дня. Приезд Джеффри воскресил в ее душе надежду, которую она так и не смогла заглушить.
За ужином Джеффри рассказывал о своей работе в Девоншире – об обучении детей из бедных семей и об открывающихся для них новых возможностях. В эти моменты его лицо озарялось таким теплом и светом, что Лиззи замирала от волнения. Она и сама с радостью посвятила бы себя подобному служению, если бы ей представилась такая возможность.
Она живо представляла себе долгие прогулки на лоне природы, которые могла бы совершать вместе с Джеффри. Они вдвоем смогли бы сбежать от светского общества, заполучить желанную свободу и наслаждаться общением друг с другом. Если бы они встретились при других обстоятельствах, это было бы возможно, но сейчас… Лиззи мысленно одернула себя: «Нечего фантазировать, все равно уже ничего не изменишь».
Любопытно, чем в эти минуты занят Джеффри? Она представила, как он лежит в постели и его непокорные волосы слегка взъерошены. Это волнующее видение заставило ее затрепетать.
Ее мысли снова и снова возвращались к их встрече на склоне холма. Джеффри был так близок к тому, чтобы снова ее поцеловать, и наверняка бы поцеловал, если бы она сделала шаг навстречу. Но она отдавала себе отчет в том, что такие отношения между родственниками недопустимы, пусть даже он всего лишь брат мужа Рии. К тому же искушение было слишком велико, и Лиззи знала, что если она снова поцелует его, то ее уже ничто не остановит.
Подобные мысли не давали ей покоя, и Лиззи скоро поняла, что не сможет заснуть. Она встала с постели и приблизилась к окну. Потянув задвижку, немного приоткрыла ставни – настолько, чтобы впустить в спальню легкую ночную прохладу и освежить разгоряченное тело. В течение нескольких минут она стояла перед окном, любуясь игрой лунного света на безмятежных пастбищах вдали. Покой глубокой ночи словно окутал ее, и теперь она почувствовала сожаление о несбывшемся поцелуе.
На протяжении всего вечера Лиззи следила за поведением Джеффри, и у нее не было никаких сомнений: он тоже жалел об упущенной возможности. За ужином его выдавали быстрые взгляды украдкой и мимолетное выражение глаз – он как бы говорил ей о своем желании вернуться на тот склон, чтобы все исправить. Слава Богу, леди Торнборо не заметила, как отчаянно они с Джеффри пытались скрыть свои чувства. Но он-то понял все.
