Ни в какую не верю мистику.В последний день декабряСрываю последний листикОсыпавшегося календаря.Новый год будет всем на диво.Будущего не страшусь.Почему ж надоевшим мотивомНе покидает грусть?Потому ли, что за морем РодинаИ домой мне теперь нельзя?Но со мной ведь моя теплоходинаИ испытанные друзья.Потому ль, что над каждою дверью(До чего же наивный обман!)Символом счастья и верыСоломенный талисман.Много видел всего на свете яИ не верю в приметы и сны,Не жду стойкости и долголетияОт бамбука и ветки сосны.Пусть детей развлекает СнегурочкаИ приятнейший Дед Мороз,Но зачем же валяют дурочкуВзрослые и всерьез?Понимаю – для них посторонний яИ ничем не могу помочь.Грустно видеть, как вся ЯпонияВ Новогоднюю звездную ночь,Соблюдая обряд предания,Веря в истину жалких слов,Ждет, что сгинут навек страданияПод удары колоколов.И несутся над островамиСто и восемь ударов. Дзинь!В поднебесье, к снегам ФудзиямыНад Японией: Сгинь! Сгинь!Сгиньте, беды и все болезни!Или взрослые стали детьми?Верят в чудо, что все исчезнет,И считают до ста восьми.Чутко слушают. В лицах бледность.Ох, как сладок надежды дым!Ведь последней исчезнет бедностьВместе с этим, со ста восьмым.18 января 1968 г.<p>Круг</p>
