Только я хотела задать кучу вопросов об этих загадочных созданиях, как питейное заведение удостоилось посещения еще одной примечательной группы. Если драконы были сплошь брюнеты, то здесь были представлены исключительно блондины. Длинные, забранные в хвост белоснежные волосы не скрывали заостренных кверху ушей. На лицах выделялись миндалевидные глаза. Богато расшитые камзолы подчеркивали стройные тела. Певучая плавная походка, царская посадка головы, выражение полнейшего высокомерия, застывшее на лицах... - Эльфы? - уточнила я у Тайфа. Тот перевел остекленевший от удивления взгляд на меня, моргнул, приходя в себя. - Чтоб меня разорвало, если это не они. - Если? - я приподняла брови. - Эти ушастые, - заговорщески прошептал он, - еще более редкие гости, чем драконы. Они на свои Пути практически никого не пускают, а уж в таких местах появляются только в одном случае. Тут он с подозрением уставился на меня, буравя пронзительным взглядом. Непонятная тяжесть навалилась на плечи. - Что? - не выдержала. - Так, показалось, - вздохнул он, отводя взгляд. Тяжесть исчезла, как не бывало. "Померещилось", - решила я.
Дождь зарядил с самого утра. Холодные, крупные капли молотили по городу. Скооперировавшись с ветром, они проникали под зонты, заставляя прохожих ускорить шаг. Прохожие упрямо выставляли между собой и дождем хрупкую разноцветную преграду. Но ветер, забавляясь, играл с зонтами, вырывая их из рук владельцев, заставляя тех еще сердитей поджимать губы, кляня в душе жуткую погоду. Серая, постоянно шевелящаяся масса повисла над городом, изрыгая вниз потоки воды. В Питер пришла осень.
Я стояла на остановке, с тоской понимая, что по закону подлости ждать маршрутку придется еще долго. Под крохотной крышей остановки жались к друг дружке еще шесть таких же несчастных, как и я. Увы, наше убежище было столь мало, что каждый сильный порыв ветра загонял под крышу струи холодного дождя. Прохожие ежились и поджимали ноги. Тщетно, ноги были мокрыми уже у всех. Но больше всего беспокойства приносила лужа, разлившаяся на дороге. Лужа с каждой минутой росла в размерах, видимо, решив получить звание городского моря. Она постоянно пребывала в движении. Снующие по дороге машины взбалтывали ее грязные воды, вспенивали небольшие волны, поднимали завесы брызг. За каждой проезжающей мимо остановки машины следили с жадным интересом, оценивая скорость движения, близость ее проезда к тротуару. Обольет, не обольет - читался мучительный вопрос на лицах прохожих. Несколько "счастливцев" уже отряхивали залитые плащи, ругая равнодушных водителей. Остальные с обреченным видом ждали своей участи. Сухим не уйдет домой никто - девиз сегодняшнего дня.
На дороге, прямо напротив остановки, внезапно посветлело. Как будто кто-то зажег лампу. Лампа из маленького, но мощного светлячка, за считанные секунды превратилась в прозрачную сферу, довольно приличного размера и продолжала расти. Машины с визгом объезжали это непонятное препятствие, а на лицах, стоящих на остановке людей, появилось выражение паники. "Сваливать, надо", - подумала я, похоже, синхронно с остальными. Но свалить не успел никто. В сфере внезапно возникли две человеческие тени, а затем она раскалилась добела и грохнуло. Грохнуло так, что заложило уши, земля под ногами закачалась, последней мыслью была, что упасть лицом в грязь - достойное завершение сегодняшнего поганого утра.
Очнулась, поняла, что лежу на чем-то твердом, но сухом. Даже странно как-то. Падала на мокрый грязный асфальт. Да и что это было - может бомбу кто-то взорвал? Очень похоже на то. Но тогда от нас должны были одни ошметки остаться, мы же стояли близко. И я в первых рядах. Тихонько пошевелила руками, подрыгала ногами - все на месте, ничего не болит. Открыла глаза. Рядом обнаружился каблук женского сапога. Подняла голову - да, так и есть. Все мои шесть сопрохожих лежали рядом в самых живописных позах, вперемешку с сумками и зонтами. Я привстала и нащупала пульс у своей соседки - сердце билось ровно и четко. Это было уже хорошо.
- Драханарисэл куалвалес!
Мое внимание привлекли громкие голоса, зазвучавшие чуть впереди. Я присмотрелась. Видно было с трудом. Вокруг клубился серый туман, оставляя открытым лишь узкую тропу, на которой мы сейчас все и находились. Впереди стояли двое мужчин, яростно о чем-то споря. Я встала, пошатнулась. Все тело налилось противной ватной слабостью, словно туман проник внутрь меня, и я сейчас вот-вот расползусь на серые клочки.
- Эй, - голос слушался с трудом, - мужики, а что произошло?
Оба синхронно повернулись ко мне. Высокий, с взлохмаченными черными волосами скривился так, словно к нему выползло привидение ненавистной тетушки. Мелкий, худощавый парень с рыжими волосами взмахнул рукой, и волна жара окатила мое тело, скручивая мозги в огненные протуберанцы. Меня затошнило, я согнулась и сквозь спазмы, сотрясающие мое бедное тело, разобрала.
- Ты зачем на нее заклинание потратил, мало нам забот. Теперь еще местных учить языку вздумал, благодетель нашелся.
- Я же только общему - не могу, когда меня не понимают, и сам не знаю, что она говорит.
- Ну да, теперь она может тебе сказать спасибо, за то, что из родного мира выдернул, да непонятно куда засунул! Хочешь услышать много нового, пообщайся. Даже усыпить не можешь по-нормальному, гуманист хренов. Что теперь делать будем?
- Ждать. Через два така сфера опять зарядится, и мы сможем вернуться.
- Ты предлагаешь ждать здесь? - высокий обвел рукой тропу и насмешливо изогнул бровь.
- Нет, - смутился рыжий, - я могу вызвать кардалла.
- Только вызвать? - уточнил первый.
- Ну-у..., наверное, смогу подчинить.
- Наверное?
- Да, смогу, смогу, не волнуйся. На кардалле доедем до оазиса. Здесь есть один, небольшой. Там переждем два така, и домой.
- А с этими что делать? - черноволосый мотнул головой в нашу сторону. Я замерла.
- Можно за рабов выдать, - неуверенно предложил второй.
