«Полагаю, ты пойдешь туда, - сказал он. – Ведь твой Безликий парень участвует в состязании».
«Я хочу пойти туда и ради Джендри тоже…»
«Ты ведь понимаешь, что тебе придется выбирать между ними», - он внимательно посмотрел на нее, чтобы узнать, понимает ли она, что он имеет в виду.
«Они оба потрясающие музыканты, для меня не имеет значения, кто из них победит».
«Это имеет значение для них, - снова попытался он. – Они не могут оба получить приз. Одному придется уйти ни с чем».
«Это ведь просто соревнование между группами, - стояла на своем Арья. – Они всегда могут снова попробовать участвовать в следующем году».
«Для некоторых это может быть слишком поздно, - Сандор думал о себе. – Некоторые могут не найти в себе силы попробовать снова».
Она жевала салат и смотрела на него слегка озадаченно.
«Это что сейчас было… типа глубокая мысль?» - приподняла она бровь.
«А что? Как и остальные считаешь меня тупоголовым?»
«Да, так и считала», - прямо сказала она.
«Сучка», - презрительно фыркнул Сандор, но заметил, что она ответила ему в прошедшем времени и без своей привычной жажды оскорбить его.
Он оставил попытки намекнуть ей о том, что Бык влюблен в нее. Арья в упор этого не замечала.
«Могу я кое о чем спросить тебя? – Арья смяла салфетку и бросила ее в близлежащую урну, показывая отличный меткий бросок.
«Как-будто я могу остановить тебя», - ответил он.
«Почему она тебе нравится?»
Взгляды их серых глаз встретились, и, несмотря на ее вполне обыденный тон, он понял, что она ожидает от него честного ответа.
«Ну? – она повторила свой вопрос. - Почему тебе нравится моя сестра?»
Из всех вещей, о которых она могла спросить его, это был, наверное, единственный вопрос, на который он не был готов дать ответ. И не потому, что он не знал ответа, а потому, что не знал, как выразить его словами, и уж тем более, как произнести это вслух. Он вообще не был уверен, что хочет говорить об этом вслух. И еще меньше он был уверен в том, что из всех людей он захочет обсудить это с Арьей.
«Почему ты считаешь, что я скажу тебе?» - прорычал он.
«А ты просто возьми и скажи», - заявила она.
Сандор вздохнул.
Санса вызвала его интерес с первой минуты, как он увидел ее на вечеринке у Баратеонов в «Красном Замке» в честь переезда на Юг семьи Старк. И это было связано не только с тем, что она выглядела довольно симпатичной. За все время его знакомства с Джоффри он видел немало красивых девушек рядом с ним. Кроме того, его вообще не привлекали рыжие до встречи с Сансой.
Что же заставляло его взгляд возвращаться к ней снова и снова в тот вечер? Его цепляла ее непосредственность, как и шаль на ее матовых изящных плечиках. Ему это сказало не только о том, что она невинна, хотя это и так было очевидно. Она была слишком чиста помыслами, такой наивной, что это казалось просто немыслимым. Даже с учетом того, что она ходила в школу для девочек, трудно было поверить в то, что она… столь неопытна. Такие девушки, как Санса, не входили в круг знакомств Джоффри.
Сначала он подумал, что она просто притворяется, но в первую неделю он постоянно наблюдал за ней в школе и понял, что единственная искусственная вещь, которая была в Сансе, заключалась в том, что она всегда старалась сохранить лицо. На самом деле она была намного сложнее, чем казалась.
Ее хорошие манеры вызывали в нем раздражение, особенно когда он замечал, что иногда она хочет в чем-то возразить Джоффри, но заставляет себя молчать. Или когда она хотела что-то уточнить у подружек в разговоре на пикантную тему, но или стеснялась показать свое невежество в этих вопросах, или считала, что неприлично задавать подобные вопросы.
Один случай помог ему разобраться в ней, когда той ночью он рассказал ей правду о своих шрамах и брате. Ее щебетание сильно его раздражало, а ее нежелание остановить Джоффри, чтобы он прекратил ее прилюдно лапать, из страха устроить сцену, привело к тому, что он резко и грубо оскорбил ее за то, что она была чересчур вежливой.
После этого она все равно оставалась с ним вежливой, но Санса чаще стала высказывать свое мнение и задавать вопросы. Как-будто она знала, что он прислушивается и, возможно, осуждает ее за фальшивость вежливых фраз.
И тогда он начал узнавать настоящую девушку, которая скрывалась под дорогой одеждой и безупречными манерами. Он узнавал о Сансе, слушая, как она общается с другими людьми. Если Джоффри спрашивал ее мнение о чем-то, он слушал ее ответы. Когда она разговаривала с чирлидершами о моде и прочих девчачьих вещах… ну, он, конечно, не сильно обращал внимания, но все равно слушал. Иногда ее ответы были довольно проницательными, и это доказывало то, какой бесхитростной она была.
Она рассказывала о своей семье и о том, как училась в Морданской школе для девочек. Она рассказывала о том, как росла на Севере, и о доме, в котором жила раньше, Винтерфелле. У Сансы было счастливое, безоблачное детство, и в этом он ей немного завидовал.
