Она решила, что у него есть всего два варианта: или преодолеть свое влечение к Сансе, или рискнуть и пригласить ее на свидание. Теперь Санса освободилась от Джоффри, и Сандора ничего не останавливало, чтобы сделать следующий шаг.
Она вспомнила об их кратком разговоре с Сандором во время ланча, когда он поймал ее за тем, что она наблюдает за Джендри. Сандор неверно истолковал причину, по которой она пялилась на Джендри, но она не могла заставить себя перестать разглядывать Джендри с того дня, как отец пригласил ее в свой кабинет и рассказал о нем правду.
«Я слышал, что ты кое о чем расспрашиваешь, Арья, - сказал ее отец. – Я бы хотел поговорить о твоем друге, Джендри Уотерсе».
Она точно также сидела в кабинете отца в тот день, когда на руке Сансы обнаружили синяки. Она подумала, что отец снова хочет расспросить ее об отношениях между Сансой и Джоффри, поэтому она была совершенно не готова к тому, что отец поднимет тему Джендри.
«Джендри?» - тупо переспросила она.
«Не пытайся отрицать, Арья, - предупредил ее отец, хотя тон его был достаточно мягок. – Я знаю, что ты ездила в Блошиный Конец и была в бильярдной по адресу «Удачи 8».
Арья ожидала, что он узнал о тех двух пьяницах, которые приставали к ней, и мысленно она уже накидала тысячи вариантов ее наказания, но этого так и не случилось.
«Почему ты расспрашиваешь о Джендри, Арья? Что ты надеешься узнать?»
«Правду, папа, - ответила она. – Джендри почти ничего не рассказывает о своей жизни до того, как поступил в Королевскую Подготовительную школу, и мне стало любопытно».
«И что еще?» - похоже, ее отец уже был в курсе всего того, о чем ей стало известно.
«А еще Джендри очень похож на Ренли Баратеона, ты тоже должен был это заметить, пап. Мне просто стало интересно, что, может быть, возможно… или невозможно, как такое могло быть… я задалась вопросом, может ли он быть…»
«… В родстве с Баратеонами?» - закончил ее мысль отец, пока она пыталась ее сформулировать.
Их взгляды встретились, и то, что она увидела в его глазах, заставило ее потерять дар речи и выпасть в осадок.
«Пап?»
Его взгляд пронизывал ее насквозь, она никогда еще не видела, чтобы он так смотрел на нее, и поняла, что отец собирается сказать ей что-то очень важное.
«Что ты собираешься делать с правдой, Арья?»
Она нахмурилась: «Я не понимаю…»
«Если ты узнаешь правду о Джендри, ты расскажешь ему?»
«Я никогда особо не задумывалась…»
«А что будет, если открытие правды принесет больше вреда, чем пользы? Что, если Джендри не захотел бы узнать правду? И, что самое главное, вдруг Джендри предпочел бы, чтобы правда оставалась скрытой от всех?»
«Папа, что тебе известно?»
«Я хочу, чтобы ты кое-что поняла, Арья, - со всей серьезностью сказал отец. – Прежде всего, ты должна осознать, что иногда знание накладывает большую ответственность. Ты понимаешь, что это означает?»
Серьезный тон ее отца подействовал на Арью, уже его одного было достаточно, чтобы убедить ее – все, что она узнала, ей необходимо держать при себе.
«Это означает, что мне следует держать рот на замке, потому что правда не всегда приятна и некоторые люди от нее могут пострадать».
«Я рад, что ты понимаешь это, - тон отца не изменился. – И следующее, ты должна понимать, что открытие правды может привести к последствиям, которые уже нельзя исправить».
«Обещаю, я никому не расскажу».
«Я имел в виду и тебя саму, Арья, - уточнил он, и, когда она бросила на него вопросительный взгляд, пояснил. – Знание правды о Джендри может означать, что ты уже никогда не сможешь относиться к нему как прежде, и это может повлиять на вашу дружбу. Ты будешь знать то, что может изменить всю его жизнь, но при этом ты должна понимать, что, возможно, ему лучше не знать об этом или, возможно, не в его интересах выяснить правду. Ты сможешь справиться с этим?»
«Но почему он может не захотеть узнать правду?»
«Я не могу говорить за него, это его жизнь… его личная жизнь, границы которой надо уважать, и если это означает хранить секрет от него самого, то ты должна делать это».
Арья вспомнила, как Джендри неоднократно упоминал, что он не хотел бы знать или что его не волнует, кем был его отец.
«Папа, - снова настойчиво спросила она. – Джендри в родстве с Баратеонами?»
«Да, он один из них».
Воцарилась минута молчания, пока Арья просто сидела и моргала, пытаясь осмыслить сказанное.
«Хорошо, - наконец, она смогла заговорить. – Почему ты рассказываешь мне это?»
«Ты подошла так близко к правде в своих поисках, и я боялся, что в процессе ее раскрытия у тебя появятся проблемы».
«Проблемы?»
«Я не хочу, чтобы ты снова каталась в Блошиный Конец без сопровождения, понимаешь? – потребовал отец, и она охотно согласилась. – Ты должна пообещать мне, что больше не будешь расспрашивать о Джендри. Если у тебя появится вопрос, обращайся ко мне».
«Я обещаю».
