– На самом деле, всего около часа. Но сейчас твои пальчики уже повсюду – на дверных ручках, приборной панели, защелке ремня безопасности, рычаге регулировки сиденья. На подголовнике не меньше десятка твоих волос. По всему сиденью куча волокон ткани брюк и пиджака. На коврике земля из двора дома в Гаррисоне. Быть может, даже ворс ковра.
Ричер кивнул.
– А я здесь лишь сижу.
– Вот именно. А при насильственном убийстве подобные улики должны были быть повсюду. Плюс, возможно, кровь и слюна.
– Так что, вероятно, он все-таки убивает женщин не дома.
– Трупы были обнаружены именно в домах.
– Значит, ему по крайней мере приходится перетаскивать их в дом.
Ламарр кивнула.
– Достоверно известно, что убийца проводит в доме какое-то время. На то есть убедительные доказательства.
– Где он оставляет трупы?
– В ванной комнате. В ванне.
«Бьюик» дюйм за дюймом проползал мимо места аварии. Старый автофургон на полной скорости врезался в зад джипу, абсолютно такому же, какой был у Ричера. В лобовом стекле фургона были две вмятины, оставленные головами. Смятую дверь пришлось открывать домкратом. В разрыве разделительного барьера стояла карета скорой помощи. Выкрутив голову, Ричер уставился на джип. Это была не его машина. Впрочем, он и не ждал, что это окажется его джип. Джоди никуда не поедет. Если у нее есть хоть капля здравого смысла.
– В ванне? – переспросил Ричер.
Ламарр кивнула, не отрываясь от дороги.
– В ванне.
– Все три трупа?
Ламарр снова кивнула.
– Все три.
– Что-то вроде подписи?
– Верно, – подтвердила она.
– Откуда убийце известно, что у всех жертв были ванны?
– Когда человек живет в доме, у него обязательно есть ванна.
– Откуда ему известно, что все жертвы живут в домах? Он ведь выбирает их не по принципу жилья. Это ведь в определенном смысле случайность? Жертвы могли жить где угодно. Например, я живу в мотелях. А в некоторых есть только душ.
Ламарр мельком взглянула на него.
– Ты больше не живешь в мотелях. Ты живешь в собственном особняке в Гаррисоне.
Ричер смущенно отвел взгляд, как человек, который забыл.
– Ну, наверное, сейчас я действительно живу в собственном особняке, – признался он. – Но прежде мне пришлось попутешествовать. Откуда убийце известно, что у этих женщин есть постоянное жилье?
– Это «Уловка-22». Если бы они были бездомными, они бы не попали в его список. Я хочу сказать, для того, чтобы попасть в его список, они должны иметь постоянное место жительства – в противном случае убийца не сможет их найти.
– Но откуда ему известно, что у всех есть ванны?
Ламарр пожала плечами.
– В любом доме, в любой квартире есть ванны. Только в совсем крошечных квартирах-студиях имеется лишь душевая кабина.
Ричер кивнул. В этой области у него было совсем мало опыта. Недвижимость оставалась для него неизведанной территорией.
– Хорошо. Все жертвы лежат в ванной.
– Обнаженные. И их одежда отсутствует.
Проехав мимо места аварии, Ламарр надавила на газ, устремляясь в погоню за отступающей грозой. Она переключила щетки стеклоочистителя на максимальную скорость.
– Убийца забирает одежду жертв с собой? – спросил Ричер. – Почему?
– Вероятно, в качестве трофея. У таких серийных преступников захват трофеев – очень распространенное явление. Возможно, в этом есть какой-то символизм. Возможно, убийца считает, что жертвы должны по-прежнему носить военную форму, поэтому он отнимает у них гражданскую одежду. И жизнь.
– Больше он ничего не берет?
Ламарр покачала головой.
– По крайней мере, мы ничего не смогли установить. Все вещи вроде бы на своих местах. Нигде нет никаких «пробелов». Наличные и кредитные карточки на месте.
– Значит, убийца забирает одежду жертв и не оставляет никаких следов.
Ламарр ответила не сразу.
– Кое-что он оставляет, – сказала она. – Он оставляет краску.
– Краску?
– Армейскую, зеленую камуфляжную. В большом количестве.
– Где?
– В ванне. Убийца кладет туда обнаженное тело, после чего заполняет ванну краской.
Ричер всмотрелся сквозь бешено мечущиеся щетки в дождь.
– Он топит женщин? В краске?
Ламарр покачала головой.
– Нет, он их не топит. Он кладет их в ванну уже мертвыми. А потом просто закрывает их краской.
– Как? Раскрашивает?
Ламарр прибавила скорость, пытаясь наверстать упущенное время.
– Нет, он их не раскрашивает. Он просто заполняет ванну краской, по самый край. Естественно, при этом тело тоже оказывается покрыто краской.
– Значит, трупы плавают в ванне, заполненной зеленой краской?
Она кивнула.
– Именно в таком виде были обнаружены все три жертвы.
