Та вздрогнула и поспешно опустилась на лавку, уставившись вниз. Но было видно, сидеть на месте и делать вид, что ничего не происходит, стоило ей огромных усилий. Катя прониклась пониманием – самой жуть как хотелось уеб*ть Лайта по голове чем-то настолько тяжелым, чтобы лучший ученик Японии уже не встал.
Будущий Кира прошел мимо них к входным дверям и, никем не остановленный, спокойно вошел в здание школы.
Их план был прост. Прост сам по себе, но мог оказаться проблематичным в исполнении. Идея просто отобрать сумку у Лайта и сбежать в надежде, что их не успеет поймать ни сам хозяин присвоенной вещи, ни полиция, которую моментально начнут звать, Катя отмела сразу, как ненадежную. И дело тут было не в боязни честного народа и не в сомнении собственных сил быстро перемещаться. Хотя и здесь были свои огрехи: не факт, что Лайт не догонит, не факт, что полиция не окажется рядом, не факт, что кто-нибудь из них потом не влипнет, не успев переселиться. Но самое главное затруднение – не факт, что Тетрадь будет у Лайта с собой. Они попали в первую серию, но в какой момент? Лайт уже наверняка нашел Тетрадь и понял, какими свойствами она обладает. Станет ли он таскать её с собой, как в первый день понес на курсы, после которых и совершил первое убийство, отправив к праотцам парня-байкера. А ныне уже второй, третий или четвертый день. Вполне возможно, он оставил опасную вещь дома. Что тогда? Они вырвут у него сумку, а там – пусто. Как в тупом анекдоте. Лишь раскроют себя. И Лайт поймет, что за ним кто-то охотится.
Поэтому решено было не торопиться. И проверить ещё одно место, где Ягами мог хранить свою драгоценность: его комнату. Проблема лишь заключалась в том, что никто из них троих понятия не имел, где он живет. Да, Катя бывала у него дома, но не знала адреса. Название улицы по-японски она, увы, тогда прочесть не могла. А Лайт уже был студентом, и единственный путь, который она более-менее помнила – это путь от его дома к университету, где “божеству” доведется учиться позже. Но не к школе.
В итоге план был таков: дождаться, когда Лайт будет после школы возвращаться домой, проследить за ним и выяснить, где живет будущий Кира. И ворваться к нему домой. План бредовей некуда, но ничего умнее не придумалось. Не имея опыта слежки, удастся ли не спалиться? Успеют ли спалить Тетрадь в его комнате, пока не нагрянет полиция? Смогут ли потом вовремя переселиться, даже если сделают нужную запись заранее? А если не успеют? Что будет с ними после изменения хода истории в этой чертовой вселенной? Вышвырнет ли их обратно домой или нет? Слишком много риска и одни домыслы. Но что они могут ещё? Без денег, без крова, без знания языка? Прикинуться друзьями Лайта, чтобы его мать открыла им дверь и впустила в дом, пока тот будет в школе? Хороши друзья, не умеющие говорить по-японски. Откуда взялись, спрашивается? Да и не поймет она их. Насколько помнила Катя из прошлой встречи, мать Лайта английского языка не знает.
Голодный желудок, усталость и ожидание лишь усиливал нервозность, в которой она пребывала. Мысль о том, что им ещё предстоит проторчать здесь как минимум полдня, пока Лайт будет сидеть на уроках, доводила до бешенства. Не было возможности хоть как-то убить время, хотя бы просто застрять в каком-нибудь кафе. Есть не хотелось совсем. Абсолютно. Вообще. Но может хотя бы банальная работа челюстей в попытке пережевать что-то хоть как-то помогло времени идти вперед побыстрее. Полдня. Гребанных полдня. Просто ждать, ждать, ждать.
- Марина, дай конфету, – сказала Катя.
Находиться постоянно в пустующем дворе школы и не вызвать недоумения работников школы игнорированием уроков и своей европейской внешностью было бы невозможно. Поэтому они то кружили вокруг школы, то отлучались недалеко, чтобы осмотреть окрестности и в процессе этого убить время. Далеко идти не решались – неизвестно, что может случиться. Вероятность мала, но и Ягами может по какой-либо причине внезапно раньше уйти со школы. Да и часов не было, чтобы элементарно не проворонить даже примерное время окончания уроков. Поэтому один из них оставался рядом с учебным заведением, в то время как двое шлялись где-нибудь недалеко, разглядывая местность и изображая из себя туристов.
“Хотела же ещё в прошлый раз пошататься по Токио и посмотреть на него. Вот пожалуйста, получай, – думала Катя, на ходу складывая фантик от конфеты в маленький квадрат. За последний час-два, постоянно теребя в руках несчастный кусочек желто-фиолетовой глянцевой бумажки, она успела сделать из него и самолетик, и кораблик, и закладку для книги и бог весть ещё что. – Наслаждайся. На окрестности этой поганой школы ты насмотришься до конца своей жизни”.
