Анжи очень понравился новый знакомый. Настолько, что однажды ночью она согласилась отправиться с Глебом на прогулку… Кто знал, что вернется домой она в компании беспокойного призрака? Призрака, который поменяется местами с Глебом, без спросу заняв его тело! К счастью, Анжи выяснила: нечисть можно изгнать. Для этого надо дождаться Хэллоуина, и тогда…
– «Сельская окружная школа под номером семь располагалась у самой границы пустынных и диких земель, простирающихся далеко на запад от города Аркхэма. Школьное здание было окружено небольшой рощей, состоявшей в основном из дубов и вязов, среди которых затерялись два-три старых клена; проходившая через рощу дорога вела в одном направлении к Аркхэму, а в другом, становясь с каждой милей все менее наезженной, – в глубь дремучих лесов, сплошной темной стеной маячивших на западном горизонте…»[1]
Анжи запнулась и с опаской огляделась. Над головой пронесся порыв ветра, взлохматил волосы «против шерсти» и словно подтолкнул ее в затылок: мол, не останавливайся, давай дальше. Анжи ткнулась макушкой в корявый ствол дуба, под которым сидела, прислушалась к молчаливой кроне и поежилась.
– А я все слышу! – раздался противный голос Глеба, и из темноты к ней прилетела шишка.
Вот гад!
Анжи послала «подарок» обратно, поправила свечку и пробежала глазами по строчкам.
Понаписали тут всякие, а ей отдуваться!
– «Само здание с первого взгляда произвело на меня неплохое впечатление, хотя в архитектурном плане оно ничем не отличалось от сотен других сельских школ, встречающихся здесь и там по всей Новой Англии, – несколько неуклюжее приземистое строение, стены которого, окрашенные в строгий белый цвет, издалека виднелись в просветах меж толстых стволов окружавших его деревьев»[2].
По ногам потянуло стылым холодом, что-то булькнуло в болоте, и Анжи почувствовала, как напряглась ее спина. Ей хотелось еще раз оглянуться, но темнота вдруг обступила ее со всех сторон, надавила на голову, заставив втянуть ее в плечи, коснулась ледяным дыханием ее пальцев.
– Я замерзла! – крикнула она дубу.
От этого крика пламя свечи дернулось, собираясь покинуть столь непочтительную компанию. Анжи испуганно прикрыла огонек ладошкой, отчего окружающая действительность стала непроглядно-черной. Анжи мгновенно представила, как десяток рук тянутся к ней из-под земли, как разверзается земля, и оттуда выходит ОН. ОН улыбается ей синюшными губами…
– А теперь совсем ничего не слышно!
На Анжи просыпался дождь из желудей.
– Если будешь молчать, то проиграла.
– А если ты будешь в меня всякой гадостью кидать, я домой пойду!
– Это не гадости, – голос уже звучал с другой стороны, и Анжи снова стало неуютно. Тоже мне, полтергейст недобитый! – Это глазки невинно убиенных младенцев.
Справа мелькнул сгусток мрака. Раздались быстрые шаги. Сознанием Анжи знала, что бегать здесь может только Глеб, но, когда темная фигура выскочила прямо на нее, когда мелькнули черные крылья, она не выдержала и вскрикнула.
Свеча опрокинулась, погаснув.
– У-у-у-у! – пронеслось что-то над ее головой.
Чтобы не получить по затылку чем-нибудь тяжелее желудей, она прикрылась книгой и стала отползать в сторону.
– Дурак, дурак, дурак, – быстро шептала она. – Ой, мамочки!
– Сейчас я вас настигну! Вот тогда вы и похохочете, – вовсю резвился Глеб, топая вокруг нее как слон.
Из-за этих горилльих прыжков она не сразу расслышала, что сверху, от Варнавицкой плотины, к ним бегут. Темноту разрезал свет двух фонариков.
– Ну, я так не играю, – разочарованно вздохнул Глеб и упал на землю рядом с Анжи. – Такую развлекуху испортили!
– Где они? – донеслось издалека. Черная гладь озера поглотила звуки и, казалось, утробно чвакнула, довольная подарком.
– Анжи! – раздался тоненький голосок, и Анжи недовольно нахмурилась.
Кто просил их соваться не в свое дело!
– Ну и зачем вы приперлись? – скривилась она, демонстративно закрывая ладонью лицо от света фонарика, хотя на нее-то он как раз не светил, а лупил прямо в Глеба. Но тот только ехидно усмехался и поводил своими руками-крыльями, при освещении оказавшимися всего-навсего полами огромного плаща.
– Зачем ты с ним пошла? – воскликнул Воробей и поджал губы. Кто-то когда-то сказал ему, что с такой миной он выглядит солиднее, но при этом забыл посоветовать взглянуть в зеркало. Никакой солидности, один детский сад, штаны на лямках.
– Тебя не спросили! – фыркнула Анжи и наклонилась, чтобы поднять книгу. Но Воробей оказался быстрее. Чуть не засветив фонарем Анжи в глаз, он подхватил томик и повернул обложкой вверх.
– Лавкрафт, – с презрением произнес он. – И ты веришь в эту чушь?
– Если ты не веришь, – ласково произнес Глеб, как всегда неожиданно появляясь совсем не с той стороны, с которой до этого стоял, и отбирая у Воробья книгу, – то какого вы сюда примчались? Негде гулять? Шли бы на кладбище!
– Сами вы другого места для свидания не нашли, как это чертово болото! – вспыхнул Воробей, отчего голос его стал еще пронзительнее.
– Ну ладно, хватит, пошли отсюда, – прервала разгорающийся скандал Анжи. – Вы еще подеритесь, вот мы с Серым похохочем. – И она демонстративно прошла мимо Воробья и подхватила под руку стоявшего рядом молчаливого насупившегося Сергея. – Пойдем, Сереженька, – пропела она, – пусть они здесь хоть до рассвета торчат.
