-Нет, не хотелось бы,- отозвалась я, смутно догадываясь, что вряд ли подобное понравится моему отцу и будущему мужу тоже. Хотя чего гадать, попозже и спрошу, как-нибудь. - А ты, про каких женщин?
Я представила, что буду бороться за права нашей старой кухарки, но она сама не желает уходить на покой. Отец множество раз предлагал, даже советовал перейти помощницей какого-нибудь нового повара, а она ни в какую не соглашалась, твердила, что это означает, что в её услугах не нуждаемся. Папа предложил пару раз, но больше не настаивал. У кухарки есть дочь, Марфуша, если что, она нам обещала сказать, предупредить.
-Например, про падших!- С горячностью заявила Лера, с победоносной улыбкой посмотрев на нас. У Эммы от удивления округлились глаза, у Леммы открылся рот.- Это ведь так эффектно!
-Лер,- я предусмотрительно сунула ложку в чашку с шоколадом, - ты как собралась облегчать им жизнь? - Про себя мысленно добавила "Поделить тяготы пополам? ", но вслух озвучивать не стала, вдруг подруга обидится.
-Ну,- она густо покраснела, догадавшись, о чем мы тут сейчас подумали, и исправилась,- нет, похоже, этим мы помогать не будем. Не справимся, точно говорю.
Эмма и Лемма кивнули, а я тоже согласилась с последним выводом подруги.
Спустя час я в хорошем настроении возвращалась домой. Светило яркое солнце, грозя оставить на коже загар, но мой неразлучный зонтик спас от нежелательных последствий. Предстать краснокожей девицей перед Даниэлем не очень-то и хотелось.
Около дома стояла большая черная карета, скорее напоминавшая закрытый короб. Даже занавески в неё и то были черными! Но как только моя коляска остановилась рядом, как карета тронулась в сопровождении двух конных солдат.
-Что происходит?- Это были первые мои слова, которые адресовала дворецкому Генри, пятидесятилетнему мужчине.
-Леди,...-промямлил он и покраснел, словно я застукала его за чем-то неприличным,- отца Вашего, графа Алекса арестовали.
-Что?
-Сказали до выяснения обстоятельств. Он тут вам письмецо успел передать,- из рукава Генри достал вчетверо сложенный листок и протянул мне.- Графу дали пять минут на сборы он и черкнул, а потом на лестнице обронил. Я тут как тут, сразу понял, что не просто так.
Спешно развернув бумагу, уставилась на шокирующие слова.
И приписка
Я пробежала глазами по бумаге раз, второй, третий. Мой мозг отказывался понимать происходящее. Всегда знала, что работа отца сложно, но что вышло? Неужели кто-то решил за что-то отомстить? Враги есть у каждого, особенно у того, на кого в крайние моменты император возлагает свои надежды и доверие. Но подобное было впервые, и сдаётся мне, только что завершившиеся переговоры не самый последний повод для неприятностей.
-Но что же делать?- Вслух пробормотала я,- этого просто не может быть!
Тут же, повинуясь какому-то внутреннему порыву, бросилась в кабинет отца, чтобы сделать то, что он велел, всё ещё не до конца осознавая, зачем это всё нужно. Куда забрали папу, почему?
Я влетела в кабинет и сразу к сейфу, мельком бросив взгляд в сторону окна, выходящего на городские улицы, подъезд к дому... Улыбающийся дядюшка Питер как раз вылез из коляски, осмотрелся и с не менее самодовольным выражением поспешил в сторону входа в дом, постукивая резной тросточкой по каменным ступеням.
Быстро, просто очень быстро засунула свои документы в лиф платья (они всегда лежали стопочкой в одном месте), а деньги запихнула в сумочку, с которой я только что вернулась с прогулки и машинально повесила на руку. Все естественно не влезли, как и драгоценности, некоторые из которых просто пришлось отправить в карманы, словно носовой платок или сущую безделицу.
-Дядя?- Я поспешила навстречу не самому приятному человеку на свете, но отчего-то не хотелось, чтобы он видел меня тут.- Добрый день. Какими судьбами.
-А ты не очень то и вежлива Ярослава, - широкая улыбка и наглость пятидесятилетнего мужчины светились, выдавая сущность не самого порядочного человека. У нас с ним не общая кровь, но общий родственник-папа, только это заставляло меня удержаться от откровенного игнорирования этого человека.
