Поймала взгляд и застыла на мгновенье, именно это случилось со мной сейчас, едва стоило взглянуть в его медовые глаза. Зверю было больно, мне не нужно было об этом говорить, я сама это переживала и чувствовала, видела, вот только принять его жен не могла, не одну. С наличием в жизни мужа умершей Талины примирилась, а вот с прочим контингентом - нет. Отвернувшись, я откусила сдобную булочку и принялась жевать, в то время как князь направился в мою сторону.
-Жаркое,- крикнул Радомир засуетившемуся при виде оборотней официанту, а потом сел напротив меня. Прочие же выбрали совершенно свободный стол и уселись, оставляя нас в поле своей видимости. Словно князю придется со мной помогать, а то сам не справится.
Мягкая булка застряла в горле, словно черствый сухарь, но глотнув горячего чая, я её протолкнула, а затем снова отвернулась, понимая, что теперь вид из окна меня нисколько не привлекает. Я потянулась за салфеткой, чтобы промокнуть рот и вытереть пальцы, но муж накрыл мою руку своей.
-Яра, нам нужно поговорить,- произнес он надтреснутым голосом, от которого мурашки побежали по коже.
-Неужели? - криво усмехнулась я, отдернув руку и всё-таки вытянув чистую салфетку из стакана.
-Я не мог тебе это сказать,- вздохнул оборотень, не отрывая от меня своего напряженного взгляда.
Ему было больно, но и мне тоже.
И если бы там, в замке, ко мне пришла его бывшая любовница или даже две сразу, то я бы стерпела или вспомнила пару шпилек, воткнув их каждой из них. Но нет, мне досталось маленькое кладбище бывших жен, от которого то выть, то ненормально смеяться хотелось, а еще бежать сломя голову, куда глаза глядят. А глаза мои глядели в Осинки, туда, где дочь.
-А я и сейчас не спрашиваю,- тихо произнесла, бросив скомканную салфетку на пустую тарелку. И выдержав взгляд, произнесла,- извини, мне нужно ехать.
Отвернувшись, я поставила свои локти на колени и продолжила наблюдение за весело текущим весенним ручейком.
-Я хочу, чтобы ты знала,- произнёс мужчина, а потом замолчал, вероятно, подбирая нужные слова, - за свою жизнь я еще никогда никого не любил. Никого, кроме тебя. Ты понимаешь?
-Пока не знаю,- честно призналась, но не повернулась, наблюдая, как Быстрый во время питья игриво вскидывает голову и фыркает, всякий раз, когда вода попадает ему в нос.
- Мне всегда нравились человеческие женщины, причем больше, чем наши девушки - оборотни. Наверное, поэтому в самый первый раз, увидев понравившуюся девушку на городском празднике, решил жениться. Отец был против этого брака, но в то время мне хотелось казаться самостоятельным, часто шел поперек его мнения. Лидия не была девственницей в свои семнадцать лет, но меня тогда было не остановить подобным фактом, да и сейчас не придаю особого значения. Свадьба была скоропалительной, причем не в замке, а в городе, там я снял дом. Отец, узнав о моем выборе, предложил встретиться, и так случилось, что мы повздорили и разошлись. Быстро разошлись. Думал, что разговор будет долгим, приготовился убеждать отца, но нет. Он только спросил действительно ли я женится на этой женщине, я упрямо подтвердил, получив от родителя одно слово'дурак'. Отец ушел, а я побрел в тот дом, что снял для нас. Но по пути решил зайти в чайную и обдумать, как быть дальше, ведь жена была сиротой. Сидя у окна, я сразу заметил Лидию. Она вышла из кареты с затемненными окнами, держа под руку чопорного господина. Улыбки, что предназначались только мне, в этот раз были направлены в адрес чужого мужчины. Я не был ослеплён и не думал наивно, что Лидия тут из-за каких-то тайных врагов, мешающих нашему браку. Свое мнение по этому поводу я составил сразу, а потому беззвучно пробрался за ними в этот дом, в котором, как оказалось, этот субъект и снимал квартиру. С момента нашей свадьбы прошла ровно неделя.
Я не была настолько наивной, чтобы не понять, зачем эта парочка отправилась к мужчине домой при живом муже. Но, не поворачиваясь к князю, продолжила слушать.
-Меня никто не заметил, ведь это был обычный дом на несколько совершенно самостоятельных квартир. Шаги и женский смех раздались где-то сверху, указав тем самым, куда мне нужно попасть. Я как последний рогоносец выждал несколько минут и позвонил в дверь. Колокольчик пришлось дергать несколько раз, и наконец-то этот хлюст в домашнем халате соизволил открыть мне дверь. Оттолкнув его, я влетел в одну комнату, потом в другую. Лидия уже лежала на разобранной постели, а от одного моего вида у неё едва не случился удар. Не спрашивай как, но я узнал, что эти двое давно встречались. Затем произошла ссора, ветреная девушка решила назло другу выйти замуж, а как раз подвернулся я. Но буквально за день до встречи с отцом моя первая жена и любовник помирились. Я убил их обоих, а затем вернулся к отцу и попросил прощения, ведь повел себя как самодовольный отпрыск, которого, по сути, обвели вокруг пальца. Ты меня боишься, презираешь? - спросил он, поворачиваясь ко мне, но я по-прежнему смотрела на воду, ощущая тот осадок, что остался после этого рассказа.
