Завершает свой завтрак, принимает душ и одевается. Спускается вниз, на ходу запахивая пальто. Кирилл подает её руку и ведет по дорожкам сада. Начинает говорить:
-Я много думал вчера о произошедшем. Мне кажется, что нам надо обсудить наш брак. Все произошло так скоротечно. Мы еще не достаточно хорошо знаем друг друга, отсюда наше недопонимание.
-Да, я тоже хотела предложить тебе поговорить …
-Характер моей работы таков, что я освобождаюсь довольно поздно. И происходит это достаточно часто. Я не знал, будет ли мне удобно тебе звонить. И сейчас спрашиваю тебя — до какого часа мне удобно тебе звонить?
-В любое время. Я отвечу на твой звонок в любое время.
-Хорошо. Еще один момент. Очень часто я не один, и бывают такие ситуации, когда я не могу отойти от окружающих меня людей. И я не веду личные разговоры в присутствии посторонних. Ты должна знать, что я могу завершить разговор по этой причине.
-Да, я понимаю. Мне кажется, что мне лучше тебе не звонить.
-Нет. Неправильный вывод. Ты можешь звонить мне в любое время. По любым вопросам, но я не всегда смогу говорить с тобой свободно. Но я перезвоню тебе при первой же возможности. Надеюсь, ты сможешь понять и принять это обстоятельство.
-Да, конечно.
-Отлично.
Кирилл улыбнулся, а затем чуть крепче сжал ладонь жены, подвел в беседке и сказал:
-Давай присядем. Я хочу видеть твои глаза, когда буду говорить дальше.
-Мои глаза?
Он усаживается рядом, захватывает её ладонь в плен своих рук, гладит, тонкая кожа перчатки не может заглушить всей нежности его касаний. Она вглядывается в его глаза, а он говорит:
-А теперь я хочу поговорить про подстилку.
Она торопливо отвечает:
-Извини. Я не хотела так говорить. И я так не думала.
-Ты не подстилка. И я хочу, чтобы ты это знала. Я никогда тебя так не воспринимал. И не позволю никому так думать про тебя.
Едва слышно женщина шепчет:
-Я же пришла к тебе …
Он изумленно смотрит. Что за каша в ее голове? Разве есть что-то плохое в том, что она его желает? Что плохого в ее желании? В ее порывах? В ее чувственности? Господи, да он был счастлив найти в ней такую страстную натуру. А она считала это своим недостатком? Откуда в ней это? Кто вбил ей это в голову? Спрашивает:
-Пришла. И мне казалось, что тебе понравилось?
Ольга не может ему теперь лгать, до того его глаза выжидающе смотрят на нее:
-Мне понравилось.
Он довольно улыбается:
-И мне понравилось. Так к чему нам лишние сложности? Ты не хочешь больше близости между нами? Я пойду тебе на встречу — её не будет.
Она молчит. Он также не нарушает тишину, ждет её ответ. Наконец, Ольга говорит:
-Я не против нашей близости.
Он тут же притягивает ее в объятия, довольно подводит итог их разговору:
-Вот и отлично. Ты моя жена. И я твой муж. Супруги занимаются любовью. Мы уже пробовали и нам понравилось. А значит, мы можем не отказывать себе в таких радостях.
Ольга поднимает к нему лицо, так хочется коснуться его губ, но она сдерживает себя. Кирилл склоняется к ее лбу губами, когда она шепчет:
-Да.
Он отрывается от нее и чуть кивает:
-Хорошо.
Замечает, что жена немного дрожит, шепчет:
-Ты замерзла? Пойдем в дом.
-Пойдем.
Заходят, он помогает снять пальто, передает его Ирине, спрашивает про обед. Тянет жену в гостиную:
-Пока ждем обед, давай обсудим список гостей на праздник.
-А когда ты хочешь провести праздник?
-Расскажи мне, какие у тебя запланированы концерты.
-Двадцать четвертого Израиль, а тридцатого — Питер. Потом до середины декабря свободна.
-Отлично. Числа пятого-шестого декабря все и организуем.
Она лишь пожимает плечами:
-Хорошо.
Кирилл тянет жену себе на колени, прижимает ближе, спрашивает:
-Олечка? Ты против?
И она говорит то, о чем не думала раньше:
-Я не знаю … Твоя семья … Они ведь будут против меня.
-Не думаю, что это произойдет. Куда больше меня беспокоит реакция твоей дочери.
-Нина ничего не скажет против. Это же моя жизнь. А я все-таки её мама, а не дочка.
-Мои родители не будут против нашего брака. И не будут против тебя.
-Хорошо. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Ведь мы можем не афишировать наш брак. Вообще не афишировать.
-Мы не будем скрываться от наших родных. Более того, мы не будем скрываться и от других людей. Мы поженились, чтобы все знали, что ты моя. И чтобы остерегались делать тебе что-то неприятное.
-Мне кажется, что одного присутствия Андрея рядом было бы вполне достаточно.
-Не думаю.
-Кирочка! - женщина буквально стонет. Кирилл же захватывает ее ладони в плен своих рук, подносит к губами, целует каждый пальчик, шепчет:
-Моя девочка, моя малышка! Я хочу, чтобы ты была моей женой. Только моей!
-Я твоя жена.
-Вот и славно, моя хорошая. И мы проведем эту вечеринку для наших родных, им пора познакомиться друг с другом.
-Договорились.
-Я хочу, чтобы ты купила себе особенное платье для этой вечеринки. Хочу, чтобы написала список людей, которых хочешь увидеть. Я хочу веселый праздник.
Женщина вновь переспрашивает:
-Ты уверен, что это вообще надо делать?
Он лишь кивает:
-Да, конечно.
Она опускает глаза, чуть сжимает ладони, кажется, набирается смелости, наконец, решается:
