Мы делаем, сколь можем, государь,Чрез увещанья. Но тебе ещеНе все известно: старосты губныеИ сборщики казенных податейВ обители входить святые стали,И в волости церковные въезжать,И старые с них править недоборы,Забытые от прежних лет!
Годунов
Владыко,Великий царь предупредил твоеПеча́лованье. Что́ нас крайность сделатьЗаставила, уж то не повторится.
(Подает ему грамоту.)
Вот грамота, владыко, о невъездеВ именья церкви никаким чинамИ о решенье всяких дел не царским,Но собственным твоим судом.
Федор
Да, отче,Он написал ее, а я печатьПривесил к ней!
Дионисий
(пробегает грамоту)
Блаженны миротворцы!Когда правитель обещает мнеИ в остальных статьях все льготы церкви,Ее права и выгоды блюсти —То прошлое да будет позабыто!
Федор
Так, так, владыко! Отче Варлаам,Ты помоги владыке!
Варлаам
Государь,Что в деле сем святой владыко скажет,Я повторю охотно.
Федор
Отче Иов,И на тебя рассчитываю я!
Иов
Правитель твой, великий государь,Незлобия и мудрости исполнен,А наше дело господу молитьсяО тишине и мире!
Федор
И тебя,Аринушка, прошу я: если ШуйскийУпрется, ты приветливое словоЕму скажи. Оно ведь много значитИз женских уст и умягчает самыйСуровый нрав. Я знаю по себе:Мужчине я не уступлю ни в чем,А женщина попросит иль ребенок,Все сделать рад!
Ирина
Мой царь и господин,Как ты велишь, так мы и будем делать;Но наше слово, против твоего,Что может значить? Если только тыИм с твердостию скажешь, что их распряТебя гневит, то князь Иван ПетровичОслушаться тебя не будет властен.
Федор
Да, да, конечно, я ему велю,Я прикажу ему! А вы, бояре,Скорей зачните с ними разговор;Не стойте молча; хуже нет того,Как если два противника сошлись,Уж помирились, смотрят друг на друга,А все молчат…
Клешнин
Мы рады говорить бы,Царь-государь, когда б его лишь милость,На Шуе князь, нам рты разинуть дал!
Федор
Что ты понес? Какой он князь на Шуе?
Клешнин
А то, что он себя удельным князем,А не слугой царевым держит — вот что!
Кн. Хворостинин
Твой дядька, царь, простить не может Шуйским,Что за Нагих вступаются они.
Головин
И что тебя хотели б упроситьЦаревича взять на Москву обратно.
Федор
Димитрия? Да я и сам бы рад!Сердечный он! Ему, я чай, там скучно,А я-то здесь его бы потешал:И скоморохов показал смешных бы,И бой медвежий! Я просил Бориса,Не раз просил, да говорит: нельзя!
Клешнин
И в том он прав! Твой батюшка покойныйНагим недаром Углич указал;Он знал Нагих, он воли не давал им,И шурин твой на привязи их держит!
