Как Печенег говорил, так и случилось. Те районы, в которых не наблюдались стихийные выступления бояр, никто не собирался оцеплять и мешать передвижению граждан. Даже поток машин нисколько не уменьшился. Но уже ближе к Хамовникам начались трудности. Их не останавливали, но количество патрулей напрягало. Наконец, Печенег остановился и загнал автомобиль на платную стоянку, огороженную приличным решетчатым забором и оснащенную системой видеонаблюдения. Пока рында расплачивался за место, Никита на всякий случай нацепил маячок на машину. Он исходил из самого худшего положения дел, если придется прорываться сюда в одиночку, или с девушками. Любая неожиданность могла в любой момент раскидать Никиту и Мишку в разные стороны. А так по сигналу маячка можно выйти к стоянке.
Приятно, что Печенег подумал о том же. Он вручил Никите дубликат пропуска, расписав те же возможные проблемы.
— Если тебе удастся с девчонками уйти — не жди меня и сразу в Боровичи езжай.
И они крадучись двинулись по улицам Москвы, словно находились не на своей земле, а где-то в чужом городе чужой страны, ведущей боевые действия с Русью. То и дело приходилось нырять в подворотни, прячась от проносящихся по дороге патрулей, потом пробираться закоулками к набережной, пугая каких-то мрачных личностей, коих оказалось на улицах чуть ли не больше дружинников.
Неширокий мост, ведущий от Нескучного сада на другой берег, прямиком к ткацким корпусам, охранялся силами княжеской дружины и полиции. Войсковых подразделений здесь не было. Никита порадовался такой удаче. Обычно при боевых подразделениях всегда находятся волхвы, то бишь маги. Эти волчары могут сразу просечь возмущение эфира. А оно надо? Поэтому особо рассусоливаться Никита не стал. Он сформировал «скрыт», отсекая от ненужных взоров их маленькую команду.
Мост прошли спокойно, по пешеходной дорожке, которую никто не перекрывал. Мероприятия по блокировке движения осуществлялись с помощью двух грузовиков, ставших поперек дороги. Курящие и болтающие дружинники не почувствовали, как двое нарушителей проскользнули мимо них под магическим пологом. Видать, не всех снабдили амулетами «хрустальный глаз», способными обнаружить невидимку.
Когда Никита снял «скрыт», Печенег облегченно вздохнул, оглядывая окрестности, словно заново присматривался к местам, давно покинутым.
— Полдела сделали, — тихо сказал он. — Теперь на северо-запад тихонько-тихонько. Дворами пойдем.
— Полог накинуть?
— А ты вытянешь? — с недоверием спросил Печенег.
— Вытяну, не переживай, — отмахнулся Никита. — Лучше незаметно дойти до места и потом отдохнуть, чем отмахиваться от боярских дружин. Я смотрю, здесь очень оживленно.
Под «скрытом» мир превращался в негатив, а ночью он по неведомым магическим законам превращался в черно-белую фотографию с движущимися картинками. Для Печенега, впервые попавшего под невидимый покров, сформированный магом, было интересно наблюдать, как редкие прохожие, крадучись перебегая от одного дома к другому, оставляли за собой легкий светящийся и рваный след ауры. Он так увлекся происходящим, что едва не пропустил нужную улицу. Похлопав по плечу Никиты, рында жестом показал, куда следует идти.
Дом, где проживали девушки, был погружен в темноту. Ни одно окно не светилось, что наводило на определенные мысли. Очень нехорошие. Осторожно ступая по дорожке, засыпанной листьями, мужчины добрались до подъездной двери и нырнули внутрь.
— Второй этаж, — Печенег, оказывается, тоже умел волноваться. Его аурный контур так и дрожал протуберанцами ярко-зеленого и алого цветов.
Щелкнул предохранитель пистолета. Старший рында, попросив снять полог, крадучись стал подниматься по лестнице. Никита шел следом, не вытаскивая оружия. Десятизарядный «Клюв» так и остался за спиной, прижатый ремнем. В ограниченном пространстве лучше использовать скрипты отражающих атак, чем поднимать шум выстрелами.
Они остановились на площадке второго этажа, на которую выходили четыре двери.
— Свет нужен, — пробормотал Печенег, шаря по карманам.
— Подожди, — Никита черкнул пальцем в воздухе и зыбкий огонек, едва ли видимый с улицы, зажегся перед Мишкой. Рында всмотрелся в номера квартир и ткнул в одну из дверей.
— Здесь девчата живут. А рядом — квартира сопровождающих. Алешка, Стас и Ярик рядышком все время, через стенку.
— Тогда открываем девичью светелку, — пошутил Никита, но Печенег схватил его за руку. — Ты что такой нервный?
— Зачем в их квартиру лезешь? А вдруг они там прячутся? Нехорошо будет, если без спроса войдем.
— Брось ненужную деликатность, — рассердился волхв. — Я ведь вижу, что в этих квартирах никого нет. Остаточные следы ауры различаю, а людей нету. Ушли они отсюда — и давно. Сутки уже. Мне нужно оглядеться и понять, куда могли девушки исчезнуть. Кстати, амулет-то начал кое-какие сигнальчики давать.
Уже отточенным движением он приложил ладонь к замку, дождался щелчков запорных механизмов, потом проделал такую же манипуляцию с нижним замком и тихо распахнул дверь.
