– Так, может, он и впрямь пришел за рыбой? – пожал плечами Никита Петрович. Оборачиваться он вовсе не собирался – слишком уж явно. Вдруг, да и в самом деле – следит?
– Может, и за рыбой, – Петер сверкнул глазами. – А, может – и нет… Вот что, господин. Если он и дальше пойдет за вами – я закричу про лук!
– Хорошо. Понял. Спасибо тебе!
– Не за что, господин. Друзья Криси – мои друзья.
Крися… хм…
Отрывисто кивнув, Бутурлин поправил шляпу и быстро пошел вдоль торговых рядков, направляясь к расположенной на углу таверне…
– Луук! Луук! – чуть погодя громко закричал зеленщик. – Самый лучший лук – у старого Петера!
Миновав людную площадь, Бутурлин свернул на неприметную улочку, застроенную почти одинаковыми доходными домами в три и четыре этажа. Замедлив шаг, остановился напротив ворот какогото дома, якобы намереваясь войти. Незаметно осмотрелся…
Ага! На углу ктото прятался в тени старого вяза! Что же, зеленщик был прав. Похоже на то…
– Вам кого, сударь? – подошел к ограде привратник – круглолицый молодец в зеленом камзоле. – Господин изволит быть на службе!
– Господин Ленброк?
– Неет! – слуга явно был удивлен. – Такой здесь не проживает. Это дом господина…
– Извини, парень – ошибся.
Пожав плечами, капитан быстро пошел дальше. До хозяина дома ему не было вообще никакого дела.
Впереди послышались веселые голоса… из переулка выпорхнули три смешливые девчушкигорничные, в башмаках, в черных длинных юбках и забавных шапочках из валяной шерсти. Белые сорочки, серые жилеточки, сверкающие глаза. Изпод шапок выбивались непослушные локоны. Две девчонки – блондинки и одна – шатенка, все трое с корзинками – как видно, на рынок.
Как они смеялись! И болтали без умолку.
– А вы слышали про того волка, что недавно поймали в ближнем лесу? Такой огромный, страшный… Говорят – он ел людей!
– Ел, да! Только не волк это был, а медведь! Моя госпожа рассказывала…
– А моя говорила…
Посторонясь, Никита Петрович приподнял шляпу и подмигнул девушкам:
– Да пошлет вам Господь удачу, девы!
– И вам того же, любезнейший господин! И вам того же!
Споря насчет волка… или медведя… служанки пошли дальше, Бутурлин же, беспечно насвистывая, посмотрел им во след, как, верно, поступил бы любой молодой человек, встретив на пути симпатичных девушек, пусть даже и служанок.
Посмотрел…
Черная тень поспешно скрылась за каменным крыльцом. Прятался, гад! Но шляпато торчала! А зеленщикто прав оказался. Молодец Кристина – предупредила своих людей. Ах, добрая душа. Добрая и весьма целеустремленная! Этак и впрямь скоро лавку откроет.
Однако какой настырный тип! Спрашивается, чего же ему надо? Так и просить! А для начала – напугать…
Резко прибавив шагу, Бутурлин свернул в ближайший же проулок – узкий и темный, прижался к стене и вытащил шпагу. Таких умелых фехтовальщиков, как Никита, называли диестро… Спасибо старому пирату Рибейрушу, царствие ему небесное!
Оппа! А вот и наша шляпа! Черная, такой же черный плащ поверх серой, без всяких украшений, куртки с широкими рукавами – дублета, застегивающегося на простые деревянные пуговицы. Небедно, но неброско. Сразу и не поймешь – богат или беден? Так обычно одевались сторонники учения Кальвина да и многие лютеране – тоже.
Немолод, однако плечист и, видно, силен… И да – черная повязка через левый глаз! Одноглазый…
– И что вам от меня нужно, любезнейший? – Капитан резко отступил от стены. Острие его шпаги уперлось одноглазому в грудь. Малейшее его движение и…
Незнакомец ничуть не смутился, лишь хитро прищурил уцелевший глаз:
– Никита Петрович? Майор рейтарского полка государя Алексея Михайловича?
– Вы меня с кемто…
Черт! Одноглазыйто спросил порусски! Откуда он… Шведский шпион? Или…
– Я прямотаки вижу, как шевелятся под вашей шляпою мысли! – неожиданно расхохотался незнакомец. В речи его чувствовался акцент, совсем небольшой, какой бывает у иностранцев, давно живущих в России.
Впрочем – мог быть и шпион! Не так уж и сложно установить, кто такой Никита Петрович Бутурлин.
– Вам поклон от Афанасия Лаврентьевича.
Хм… Никита опустил шпагу, но все же в ножны пока не убрал – старший царский дьяк и губернатор недавно захваченной части Ливонии Афанасий Лаврентьевич ОрдинНащокин был человеком известным.
– Вы позволите мне коечто достать? – улыбнулся одноглазый.
Бутурлин молча кивнул и насторожился – этот тип мог вытащить сейчас все, что, угодно – кастет, кистень, нож…
– Нет, нет, ножи я метать не собираюсь, – незнакомец словно бы прочитал мысли! Усмехнулся:
– Вот…
На ладони его блеснула… половинка большой серебряной монеты!
Никита Петрович, наконец убрав шпагу, вытащил из висевшего на поясе подсумка такую же… Сложенные вместе, половинки превратились… в аугсбургский талер с профилем императора Фердинанда – одну из самых ходовых монет в последние лет пятнадцать.
– С этого бы и начинали, – вернув половинку хозяину, недовольно пробурчал Бутурлин. – Я ведь мог и…
Одноглазый пожал плечами:
– Откуда я знал, что вы – это вы? Видел при дворе, да… Но нынче вас сложно узнать… и я не был уверен. А память на лица у меня отличная! Где бы нам переговорить?
