В 1991 году, точно согласно пророчеству, после долгих десятилетий мощи преподобного Серафима Саровского вновь оказались в лоне Церкви. Крестный ход из Москвы в Дивеево, где с тех пор находятся мощи святого, стал всенародным торжеством всех русских православных патриотов. Преподобный предвидел тяжкие испытания России, падение царской власти, гибель миллионов людей. Но он же говорил и о возрождении России, которое неминуемо состоится незадолго до конца мира.
Апокалиптические настроения, ожидание скорого конца света пронизывали сознание многих православных людей. В правление Горбачева они усматривали особый высший смысл, подтверждаемый Священным Писанием.
В откровении Иоанна, известном как «Апокалипсис», в 13-й главе сказано о появлении зверя, у которого на голове как будто смертельная рана, но эта смертельная рана залечилась. Вслед за появлением этого «меченого зверя» наступает разруха, которая заканчивается вторым пришествием Сына человеческого.
В Евангелии от Матфея (глава 24-я) сообщается, что Иисус Христос предрекал, что, прежде чем наступит конец мира и Его второе пришествие, наступит «мерзость запустения», о которой вещал пророк Даниил.
Пророк же Даниил вещал (глава 12-я): «И восстанет в то время Михаил, князь великий, стоящий за сынов народа твоего (т. е. иудейского. —
Поэтому некоторые считали, что библейский князь Михаил и «меченый» — одно лицо, которое воплощено в Михаиле Горбачеве. Отсюда вывод — наступили времена Апокалипсиса[422].
Перестройка, увенчавшаяся торжеством космополитических сил и малого народа, стала глубокой колотой раной на теле великой русской культуры, литературы, искусства. Казалось бы, провозглашались гласность и свобода печати, которых долго не хватало русским людям с 1917 года. Однако на деле эти свободы открыли дорогу выражению только самых низменных и порочных чувств. В короткий срок почти все редакции газет, журналов, издательств, радио и телевидение при поддержке космополитических верхов были в буквальном смысле оккупированы воинствующими представителями интеллигенции малого народа. Законодателем мод в литературе и искусстве стал тот самый Хам, который задушил русскую культуру в годы революции и Гражданской войны и от которого ее сумел частично освободить только Сталин.
Порнография, сальные местечковые шуточки, безвкусица, отсутствие меры, такта и элементарной образованности переплетались у этих «законодателей» с предоставлением полного набора аксессуаров пошлой и ничтожной западной масскультуры.
В этих условиях русские писатели и деятели искусств чувствовали себя как в пустыне. Русский писатель В. Г. Распутин, выступая летом 1989 года на Съезде народных депутатов СССР с речью, в частности, сказал: «Хлеба и зрелищ!» — вот что исподтишка написали на знаменах перестройки. В зрелищах мы уже преуспели, притом в зрелищах самого сомнительного свойства. Идет почти открытая пропаганда секса, насилия, освобождения от всяких нравственных норм. Сейчас время трагедий, которые следуют почему-то одна за другой, но заметили ли вы одну закономерность: только смолкнет голос диктора, объявляющего о человеческих несчастьях и жертвах, как экран и эфир заполняет какофония бесноватой музыки. Мол, нам все трын-трава, мы свободны и от морали, и от сопереживания. Куда дальше: орган Детского фонда, журнал «Семья», из номера в номер печатает детскую сексуальную энциклопедию в картинках, от которых даже взрослому становится не по себе»[423].
Духовно-нравственный распад значительной части советского общества, соприкасавшейся с интеллигенцией малого народа, заметно ощущался еще до начала «перестройки» в первой половине 80-х годов. Такие выдающиеся русские писатели, как В. Г. Распутин (в повести «Пожар»), В. И. Белов (в романе «Все впереди»), Ю. В. Бондарев (в романе «Игра»), пытаются привлечь внимание к этому, бить тревогу, показать всем, к какой пропасти ведут страну космополитические силы, пустившие метастазы не только в крупных городах, но даже в глубинке нашей страны.
