Государство будущаго полностью

Такое воззрѣніе основывается на экономическомъ либерализмѣ, laisser passer, выводы изъ котораго воспринялъ марксизмъ. Дѣйствительно, слѣдуетъ признать, что разъ развитіе общественныхъ отношеній совершается подъ давленіемъ естественной необходимости, то строго теоретически почти нѣтъ смысла подробно разслѣдовать вещи, которыхъ все рѣвно нельзя точно узнать. Несомнѣнно, никто не можетъ предсказать, какъ сложатся обстоятельства черезъ пятьдесятъ или сто лѣтъ; для этого нужно было бы предвидѣть тѣ успѣхи, которые за этотъ промежутокъ времени совершатъ техника и наука; поскольку отъ соціалъ-демократіи требуютъ подобныхъ предсказаній, она вправѣ отказываться давать отвѣты, но сказать хоть приблизительно, что можно совершить въ соціальномъ строѣ съ современными средствами науки и техники, при современныхъ естественныхъ условіяхъ, въ высшей степени важно по практическимъ соображеніямъ, и для этого соціализмъ долженъ имѣть силу. «Ненаучной утопія бываетъ только тогда», вполнѣ справедливо замѣчаетъ Антонъ Менгеръ, — «когда проектъ будущаго соціальнаго строя имѣетъ въ основѣ предположеніе, что люди при новомъ общественномъ строѣ станутъ руководствоваться существенно измѣнившимися побужденіями, или что въ будущемъ будетъ совершенно иное сцѣпленіе причинъ и слѣдствій, чѣмъ въ наше время… Я считаю подобное изображеніе усовершенствованнаго состоянія общества не только вполнѣ научнымъ, но прямо-таки необходимымъ, если соціалистическое движеніе должно хоть отчасти достичь своей цѣли»[2]

По-моему, давно уже пора соціалъ-демократіи отказаться отъ господствующаго воззрѣнія въ ея средѣ и по сію пору, будто нельзя предвидѣть, какъ будетъ устроено соціальное государство; это мнѣніе принесло уже достаточно вреда. Если соціалъ-демократія желаетъ въ будущемъ основывать свое могущество на силѣ обстоятельствъ, а не только на ошибкахъ своихъ противниковъ, если она хочетъ пріобрѣсти симпатіи массы мелкихъ крестьянъ и мелкой буржуазіи, то она должна дать нѣсколько болѣе точное и опредѣленное представленіе о соціальномъ государствѣ. Очень ошибочно предаваться оптимистическому взгляду, будто соціальный строй можно воздвигнуть изъ тѣхъ элементовъ, которые окажутся налицо въ критическій день. Какъ быть, если вслѣдствіе упорства, «ненаучнаго» любопытства крестьянъ, которые захотятъ узнать кое-что напередъ, этотъ критическій день вовсе не настанетъ, или наступитъ, но никто не будетъ знать, что надо дѣлать?

Выпуская свое произведеніе въ свѣтъ, я вовсе не предполагаю, что открылъ камень мудрецовъ, или въ x-тый разъ исчерпывающимъ образомъ разрѣшилъ соціальный вопросъ. Предлагаемыя вычисленія вовсе не претендуютъ на полноту и абсолютную точность. Въ виду необъятности матеріала, подлежащаго обработкѣ и изслѣдованію, подобная задача не по силамъ одному человѣку. Но все-таки они стоятъ выше всѣхъ, сдѣланныхъ до настоящаго времени, въ чемъ легко убѣдится всякій внимательный, знающій читатель. Въ своей совокупности эти изслѣдованія даютъ приблизительную картину того, что достижимо въ соціальномъ государствѣ при централистической организаціи и при условіи неизмѣнной интенсивности труда.

Дальнѣйшее изученіе должно при помощи детальныхъ изслѣдованій, — во многихъ случаяхъ, конечно, сперва только опытнымъ путемъ, — установить болѣе точно, какова будетъ дѣйствительность, чтобы вмѣсто приблизительнаго изображенія дать дѣйствительно опредѣленный планъ, своего рода предварительную смѣту производства и бюджета соціальнаго государства. Отнюдь не обязательно, чтобы эта смѣта оказалась точной до одной сотой; вполнѣ допустимы отклоненія до 10–20 процентовъ въ производствѣ и въ числѣ необходимыхъ рабочихъ. Вѣдь и въ настоящее время ни одинъ государственный бюджетъ или смѣта производства фабрики и т. п. не соотвѣтствуетъ въ точности дѣйствительнымъ результатамъ, и все-таки міръ до сихъ поръ еще не рушился. Въ послѣдующіе годы такія отклоненія можно принимать въ расчетъ и измѣнять смѣты.