«Свержение буржуазии осуществимо лишь превращением пролетариата в господствующий класс, способный подавить неизбежное, отчаянное сопротивление буржуазии и организовать для нового уклада хозяйства все трудящиеся и эксплуатируемые массы»[9].
Следовательно, чтобы освободить себя и всех трудящихся, рабочий класс должен, завоевав политическую власть и установив своё политическое господство в форме диктатуры пролетариата, «разбить» буржуазную государственную машину (буржуазное государство) и подавить неизбежное, отчаянное сопротивление буржуазии.
В заключение этой главы вспомним слова Ленина: «кто признаёт только борьбу классов, тот ещё не марксист» так как «тот может оказаться ещё не выходящим из рамок буржуазного мышления и буржуазной политики… Марксист лишь тот, кто распространяет признание борьбы классов до признания диктатуры пролетариата»[10].
Существуют замечательные слова Энгельса о том, что Коммуна «…не была уже государством в собственном смысле…»[11].
Парижская Коммуна «была, по сути дела, правительством рабочего класса,.. она была открытой… политической формой, при которой могло совершиться экономическое освобождение труда… Без этого последнего условия коммунальное устройство было бы невозможностью и обманом…»[12].
В этой цитате Маркс говорит о том, что коммунальное устройство общества возможно, как и экономическое освобождение труда, только при
«Коммуна образовалась из выбранных всеобщим избирательным правом по различным округам Парижа городских гласных. Они были ответственны и в любое время сменяемы. Большинство их состояло… из рабочих или признанных представителей рабочего класса»[13].
Именно то обстоятельство, что члены правительства были
Таким образом, мы видим, что диктатура пролетариата, как господство рабочего класса, проявляется не только по отношению к буржуазии, но и по отношению к собственным депутатам, представителям и к избираемым членам правительства. Это превращает избранных на общественную службу не в господ для рабочего класса, а в слуг рабочего класса.
«Парижская Коммуна, разумеется, должна была служить образцом всем большим промышленным центрам Франции. Если бы коммунальный строй установился в Париже и второстепенных центрах, старое централизованное правительство уступило бы место самоуправлению производителей и в провинции…Коммуна должна была стать политической формой даже самой маленькой деревни…»[15].
«…Окружные собрания… должны были посылать депутатов в национальную делегацию, заседающую в Париже; делегаты должны были строго придерживаться точных инструкций своих избирателей и могли быть сменены во всякое время…Единство нации подлежало не уничтожению, а, напротив, организации посредством коммунального устройства»[16].
Единство нации подлежало организации на основе принципа демократического централизма.
