Прежде, — продолжил Генри, — таких высоких хижин люди на острове никогда не строили. И все жилые помещения были низенькими и открытыми, главное, чтоб укрывали обитателей от дождя и чтоб было откуда выходить дыму. Высокие постройки были просто непрактичны, их могло снести очередным циклоном. Но Самбука, ему нужны такие хижины теперь, вот он и заставляет молдей, молодых людей, строить. На острове, на территории повстанцев, их, наверное, шесть или восемь.
— Так, значит, мы сейчас пролетаем над территорией повстанцев?! — воскликнул Брэдли.
— Да, и пока это сходит нам с рук, — ответил Генри и снова ухмыльнулся. — Уже скоро увидим берег, минут через пять, и тогда… О, черт!..
— Что? — Все присутствующие так и впились взглядами в зеленое покрывало джунглей.
— Я сделал большую ошибку.
— В чем заключается эта ошибка? — осторожно спросил Брэдли.
— Много-много дальвост.
— Слишком далеко залетели на восток? — спросил Кеннер.
— Черт! Черт бы меня побрал! Держись! — закричал Генри. И начал плавно разворачивать тяжелую машину, однако все равно с запозданием. Поскольку внизу появилась огромная вырубка с четырьмя высокими деревянными строениями в окружении более обычных низеньких хижин с крышами из гофрированного железа. В самом центре этого поселка стояли чуть ли не по брюхо в грязи с полдюжины грузовиков. У некоторых торчали из кузовов стволы пулеметов.
— Что это? — спросил Брэдли, продолжая всматриваться вниз. — Они здесь гораздо больше, чем…
— Это же Павуту! Штаб-квартира повстанцев!
Но тут вырубка скрылась из вида, вертолет резко свернул в сторону и продолжал лететь над джунглями. В наушниках было слышно, как тяжело дышит Генри.
Кеннер не вымолвил ни слова. Лишь продолжал пристально смотреть на Генри.
— Что ж, думаю, обошлось, — заметил Брэдли. — Думаю, они нас не заметили.
— Если б так, — пробормотал Генри.
— А что? — искренне удивился Брэдли. — Ну, пусть даже и заметили, что с того? Что они смогут сделать?
— У них есть рации, — сказал Генри. — И они вовсе не такие уж тупицы, здешние ребята повстанцы.
— Что вы хотите этим сказать?
— Могут захотеть прибрать этот вертолет к рукам.
— Зачем это им? Разве они умеют управлять вертолетами?
— Ладно! Ладно! Да. Они и меня тоже не прочь заполучить. — И далее Генри объяснил, что на протяжении последних нескольких месяцев использование вертолетов на острове запрещалось. И этот прилетел сюда лишь потому, что у Кеннера оказались какие-то очень крепкие связи на самом верху. Им выдали вертолет, но с одним условием: чтоб машина ни при каких обстоятельствах не попала в руки к врагу.
— Может, они подумали, что мы летим к югу, — сказал Брэдли. — Мы ведь туда и направляемся, разве не так?
— Эти ребята не простаки, — заметил Генри. — Уж они-то знают.
— Организации под названием ЛЭФ пришлось заплатить повстанцам, чтоб получить разрешение высадиться на этот остров, — сказал Кеннер. — Стало быть, повстанцы знают, там что-то происходит. А если увидят вертолет, летящий к бухте, еще больше утвердятся в этом мнении.
— Да, эти ребята не дураки, — снова заметил Генри.
— Я и не говорил, что они дураки, — возразил ему Брэдли.
— Да. Но ты так думать. Я тебя насквозь вижу, друг. Знаю, что у тебя на уме.
— Да говорю вам, ничего подобного, — продолжал стоять на своем Брэдли. — Ничего подобного, никаких таких чувств я к ним не испытываю. Вы просто меня не понимаете.
— Очень даже понимаю, — усмехнулся Генри.
Сара сидела во втором ряду, между Тедом и Дженифер. Питер с Санджонгом разместились позади рядышком, на маленьком заднем сиденье. Со своего места Сара не могла видеть, что происходит внизу, а потому просто прислушивалась к разговорам. И не совсем понимала, о чем идет речь.
— Ты понимаешь, что там происходит? — спросила она Дженифер.
Та кивнула:
— Как только повстанцы увидят наш вертолет, сразу поймут, что направляется он к бухте Резолюшн. А потому наверняка и сами скоро появятся там. У них есть рации для связи между разрозненными группами. Они будут следить за нами и передавать друг другу. И стоит нам приземлиться, они окажутся там же.
— Вы уж простите меня, — пробормотал Генри. — Мне страшно жаль.
— Ладно, ничего страшного, — как всегда спокойным голосом произнес Кеннер.
— Что будем делать? — спросил Генри.
— И дальше придерживаться нашего плана, — ответил Кеннер. — Летим тем же курсом на север, там ты нас и высадишь, на берегу.
На этот раз в голосе его можно было уловить напряженность, даже тревогу.
Сидевший позади бок о бок с Санджонгом Эванс вдыхал запах ружейной смазки, исходивший от ящиков с автоматами, и удивлялся, с чего это вдруг так взволновался Кеннер. Взглянул на наручные часы. Было девять утра, а это означало, что из отпущенных им двадцати четырех часов осталось уже только двадцать. Но островок маленький, им вполне хватит времени на то…
Тут вдруг его, что называется, осенило.
— Нет, погодите-ка, — сказал он. — Который теперь час в Лос-Анджелесе?
— Он находится по другую сторону от демаркационной линии суточного времени, — ответил Санджонг. — А стало быть, на двадцать семь часов меньше, чем у нас.
