В условиях низких температур, сами знаете, большую трудность представляет подготовка и запуск двигателей. Организуем ночные дежурства технического состава. Дежурный техник эскадрильи по очереди запускает и прогревает все двигатели. Так обеспечиваем постоянную, круглосуточную боевую готовность материальной части.
Кроме боевых вылетов, проводим большую работу по совершенствованию своих знаний и обмену боевым опытом. У нас крепкая дружба с местным населением, комсомольцами. С лекциями и докладами выступают в местном клубе наши политработники, агитаторы, комсомольцы, экипажи, отличившиеся в боях.
Вот вкратце такова история полка, наша фронтовая жизнь.
С большим интересом и вниманием выслушали мы, необстрелянные юнцы, рассказ Ивана Кореня, бывалого штурмана. Многому нам ещё надо учиться у наших боевых товарищей. Как-то пройдет наш первый боевой вылет?
Морозным утром капитан Сурай на аэродроме собрал свою эскадрилью. Представил личному составу каждого из нас, вновь прибывших, и скомандовал:
- Разойдись!
Капитана Сурая вызвали на КП. Техники и оружейники стали готовить самолёты, а лётный состав в ожидании боевой задачи разместился в землянке.
Затопили печку, сидим, обмениваемся первыми впечатлениями.
- Комэск, видать, суров, - раздумчиво говорит Павел Старцев. - На разговоры скупой.
- Да, к нему прежде, чем обратиться, десять раз подумаешь, - замечает Евгений Мыльников.
- Командир у нас дело свое знает, порядок любит, - говорит нам лётчик Саша Гуржиев, такой же высокий и чернявый как комэск. - Лётчик он отважный и мужик что надо. С ним хоть в огонь и в воду.
Через полчаса в землянку пришли командир эскадрильи и штурман эскадрильи. Все разом затихли в ожидании приказа.
Капитан Сурай сел к столу.
- Получена боевая задача, - объявил он. - Группу - восемь самолётов поведет экипаж Раубе - Гуржий. Прошу достать карты. Цель - танки на западной границе деревни Орловка-Ивановка. Боевой расчет старый. Штурман продиктуйте уточнение линии боевого соприкосновения.
Экипажи придвигаясь ближе к свету лампы, зашелестели картами, нанося уточненные данные линии фронта. Капитан Сурай окидывает коротким взглядом улетающих на боевое задание и говорит:
- Через пятнадцать минут по самолётам. Запуск и выруливание по зеленой ракете. Я пошёл на старт.
Вскоре землянка опустела. Проводив взглядом взлетевшие самолёты, мы, новички, возвратились назад и занялись изучением района полётов.
А вечером в хату, где мы разместились, зашел капитан в меховом комбинезоне.
Мы вскакиваем:
- Сидите, сидите! - говорит он, проходя ближе к столу и снимая шапку.
- Узнаю в пришедшем рослого, под стать командиру эскадрильи, человека, который рядом с капитаном Сураем молча стоял перед строем, переводя изучающим взгляд с одного лётчика на другого.
- Комиссар эскадрильи, - представился он. - Фамилия - Лещинер, зовут Зиновий.
Положив шапку на стол, вынул кисет и стал набивать трубку. Старцев выразительно посмотрел на трубку и подмигнул Мыльникову.
- Закуривайте, - комиссар протянул кисет. - Вот только бумаги не держу.
Ребята скромно взяли по щепотке табаку. Мыльников оторвал кусок газеты и свернул цигарку толщиной в палец.
- Что бы и на завтра хватило, - пояснил он ребятам.
- Берите, берите, - дружелюбно подбодрил комиссар нашего нахрапистого дружка. - У меня ещё есть пачка "Звезды".
Он высек огонь из зажигалки, протянул ребятам, потом стал раскуривать трубку. Пока он это делал, я поближе рассмотрел его. Интеллигентное лицо, спокойное, доброе, изрезанное легкими морщинками. Голубые, словно незабудки, глаза. Мягкая улыбка с ямочками около полных губ. Было в комиссаре что-то далекое, штатское и вместе с тем близкое, словно мы знаи его всю жизнь.
- Будем знакомиться! - сказал он, сделав глубокую затяжку. - Начнем с вас, - указал он на Павла. - Расскажите, пожалуйста о себе.
Младший лейтенант Старцев. 1920 года рождения. Работал на Уралмаше. Окончил, как и все мы Пермскую авиашколу. . - Павел кивнул на сидевших ребят.
- Родители ваши где?
- Детдомовский я...
- Ясно. А вы откуда? - обратился он к Мыльникову.
- Из Омска я.
- Сибирь-матушка, - заметил комиссар. - Широка и богата, как вся наша страна, и также сильна.
Он сделал глубокую затяжку и закашлялся.
- А что отступали мы долго, так ведь немец пока сильнее нас. Напал внезапно.
- Силу немалую скопил... - включился в разговор Старцев.
- Совершенно правильно вы говорите, - согласился со Старцевым комиссар и потянул трубку. - Почти всю Западную Европу Гитлер ограбил, заставил гнуть спину на войну. Только просчитался он сильно. Россия ему не Бельгия и не Голландия... А главное - Советская Россия. Не внял советам Бисмарка, предостерегавшего немца от войны с Россией.
Мы слушаем комиссара, а он продолжает:
