Говядина 2 полностью

Благодаря лифту привести Старца в его комнату получилось быстро. Хорошо, что на этажах никого не было, все были заняты работой. Джону пришлось самостоятельно раздеть питомца и закрыть на замок, по дороге вернув костюм на нужное место. Шлем был немного поцарапан, и в его герметичности правда можно было засомневаться, поэтому Джон, скрепя сердца, кинул его в утиль.

Когда он вернулся на рабочее место, первый загонщик был уже там.

— Зайдете втроем. Джону стало плохо. Шлем правда оказался поврежден.

— Бедняга, — сказал бородатый, прежде чем надел на голову свой.

Трое загонщиков повернулись к шестым, последним воротам.

Как только все закончилось, Джон рванул в камеру к Старцу. Но не успел он спуститься на нужный этаж, как его перехватил начальник.

— Только не говори мне, что загонщик, свалившийся при работе в вольере, о котором все трубят, это…

— Да, — перебил работник, бесцеремонно обходя преградившего ему путь заведующего. Тот торопливо последовал за ним.

Они вошли в камеру. Питомец снова забился в угол и покачивался как в трансе. Джон уже доставал планшет, чтобы включить программу перевода.

— "С тобой все хорошо?"

Старец продолжал качаться. Младший Джон присел на корточки и хотел успокоить его, погладив по плечу, но тот дернулся как от огня.

— Ну что же ты? Что вообще произошло? — суетился Джон-заведующий, пытаясь отыскать и в своем планшете переводчик.

Младший перевел за него вопрос Старцу, но тот продолжал молчать.

— Почему ничего не вышло? — возмущался старший.

— Хотел бы я знать, — Джон-помощник пожал плечами.

— Я узнал, — вдруг начал Старец на своем языке. — Там был я. И моя мать. Давно. Меня забрали, закинули в мешок и увели в другой загон. А потом я вырос, и меня увели в тот… в тот, шестой… Где моя мать? Я ее не увидел. Где она?

— Твоя мать была такой же? — оживился старший Джон еще больше.

— Она… я не помню. Надо ее найти. Даже если она не такая, я ее научу. У меня получится. Она сможет… — он попытался встать, но Джон, все еще сидящий напротив него, не дал ему это сделать. Он ввел текст в планшет:

— "До следующего дня набора и не думай об этом. Ты и так подверг нас опасности. Если кто-то узнает, мы не знаем, что будет. Тебе придется пройти это снова через неделю. Иначе… все будет бессмысленно. Все будет зря".

— Я хочу увидеть мать!

— Не кричи, — нервно попросил старший. — Как ему объяснить? И вообще, как он может помнить? Их забирают слишком маленькими!

— Не зря же он разумен, — ответил подчиненный, выделяя последнее слово. — К тому же, при сборе мы смотрим не на возраст, а на размер. Может быть, — Джон кинул взгляд на жилистого питомца, — он был очень мелким и тощим, вот и получилось, что остался с матерью подольше.

— Давно здесь пора все менять! — злился начальник. — Никто ни за чем не следит! Рожают как хотят, кормят сколько хотят. Давно вы считали поголовно стада? Может, у нас по углам вольеров трупы разлагаются, или того хуже — сбегают питомцы за стену, а мы и не знаем!

— Стена слишком высокая, в три человеческих роста, да и колючки с электричеством не дадут…

— И ты в это веришь? После того, как живое мясо начало с тобой разговаривать?

Джон подскочил и схватил беснующегося начальника за руки:

— Успокойтесь. Дышите…

— Я хочу знать, где моя мать! — перебил Старец, тоже встав.

— Мы ведем хоть какой-то учет? — спросил старший Джон все так же злобно.

— Только количество, раз в год. Возраст и другие параметры мы не фиксируем. Слишком затратно.

— Затратно! Затратно!! Давно я говорил верхам — тут нужны реформы. Питомцы не жиреют, рожают максимум по три детеныша, и то это такая редкость, что можно в честь этого праздники устраивать! Еда у работников плохая, электричества нет! Да их головы, — он ткнул в патлатое темечко Старца, — окупают нормальную кормежку и электричество трижды…

— Дайте мне снова туда войти, — не унимался Старец. — Я ее найду.

— Успокойтесь оба! — заорал младший Джон в оба рта и закашлялся. Он унял приступ, пока начальник смотрел на него недовольно, а питомец ошарашенно, и уже спокойнее продолжил: — Онаука, мы поднимем на уши весь этаж. А ведь на этой неделе не планируется размножение. Джон, нам надо срочно решать, что делать со Старцем, он не может питаться половиной порции каши в день. Старец, единственное, что я могу сейчас предложить, это пойти наверх, на смотровую площадку, и попробовать поискать твою мать так. Но…

Он хотел сказать, что самки обычно не переживают больше десяти родов, и судя по примерному возрасту Старца, его мать давно уже покинула загон, естественным путем или искусственным за ненадобностью, но тот перебил его коротким "пошли" и снова начал прорываться к двери. Джон-заведующий лишь разводил руки в бессилии.