Ася с Гришей, как послушные детки, встали и вышли. В кухне тут же вспыхнул скандал, но Гриша поплотней закрыл дверь. Ася уселась на краешек своей кровати.
– Ну и? – спросил Гриша. – Что это было?
– Я… я…
Ася думала, что когда Гриша спросит, она расскажет ему про то, что цикл сбился. Она знала, что так бывает. Но под его взглядом скукожилась и онемела.
– Была б ты постарше, подумал бы, что специально… – хмыкнул Гриша, – но тебе-то это на фига? Тебе хоть шестнадцать есть?
Ася кивнула.
– Ну хоть не посадят, – сказал Гриша. – Хотя и так не посадили бы. Я тоже несовершеннолетний…
Ася кивнула еще раз.
– Так что все произошло по взаимному согласию, – сказал Гриша, – никакого криминала… Я раньше думал, что только в кино с первого раза беременеют.
Из кухни раздался мощный удар кулаком о стол. И там сразу стало тихо.
– О! – сказал Гриша. – Отец всех строит. Это он умеет.
– Я его только спящим видела, – тихо сказала Ася.
– Это тебе повезло…
Тут дверь в комнату распахнулась, и вошел Богдан Семенович.
– Значит, так, – сказал он, – свадьбу я вам оплачивать не буду. Если надо, пойдете в загс и распишетесь. Или сами заработайте.
Тут он хохотнул.
– Где жить, решайте сами, – продолжил Богдан Семенович. – Вы теперь взрослые самостоятельные люди…
Тут он хохотнул еще раз.
– Найдете квартиру – я оплачу. Теперь главное. Вы оба в этом году сдаете экзамены. Ася, ты в школе вообще никому ничего не говоришь. Поняла? Я тебе сделаю освобождение от физкультуры, учебный год закончится через три месяца, еще ничего заметно не будет. Если там не двойня…
Тут Богдан помрачнел.
– Приедешь завтра ко мне в больницу, я тебя отведу на УЗИ… И дам врача, наблюдаться будешь у нас. На учет тоже мы поставим.
За спиной Богдана показались Лариса и Вероника. Вид у них был испуганный. Вероника делала большие глаза и показывала сыну жестами, мол, соглашайся со всем, не перечь.
Ася, глядя на тетю Веронику, послушно кивнула.
– Короче, сначала УЗИ, потом вам три дня на принятие решения, – резюмировал свою речь Богдан и вышел.
Мамочки увязались за ним.
Ася умоляюще посмотрела на Гришу.
– Какого решения? – спросила она.
– Где мы будем жить, – бесцветно ответил Гриша.
– А где? – спросила Ася.
Гриша сел рядом с ней на кровать. Осмотрел комнату, уткнулся взглядом в древний постер с «Ранетками» и простонал:
– Господи, ну почему это все случилось со мной?
– Потому что ты классный! – сказала Ася и неумело его обняла.
– С другой стороны, – сказал Гриша, – все самое страшное случилось, и теперь точно можно не предохраняться.
Асю бросило в краску, и она, чтоб это скрыть, прижалась к Грише еще сильнее.
– Короче, потом подумаем, – сказал он.
Ася кивнула. Когда ее обнимали, она была абсолютно счастлива.
Следующая пара дней пролетела в тумане. Ася не ходила в школу, Ася ходила по врачам.
На вопрос доктора на УЗИ: «Живете ли вы половой жизнью?» – Ася уверенно ответила, что нет.
– Понятно, – спокойно сказала доктор и принялась диктовать: – Пять недель, видно плодное яйцо в полости матки…
Богдан Семенович, который стоял за спиной у врача и из-за плеча смотрел в монитор, решил пошутить:
– Мальчик, девочка?
– Не знаю, он пока говорит неразборчиво, плохо слышно, – в тон ему ответила доктор.
И пока Ася одевалась, обратилась конкретно к ней:
– Значит, так, сейчас все хорошо, но в двенадцать недель обязательно еще одно УЗИ и скрининг. Если… Если будет еще актуально…
Ася испуганно глянула на Богдана Семеновича, но тот держал лицо. Молчал. Ася чувствовала себя рядом с ним странно. Он вроде не злился, но выглядел устрашающе.
Однако стоило им выйти в коридор, как грозный доктор преобразился. Здоровался с каждым встречным пациентом, причем – что особенно поразило Асю – помнил всех по именам. Мужчины при виде Богдана Семеновича приободрялись, а женщины всех возрастов начинали смотреть томным взглядом и говорить грудным голосом. Персонал, правда, старался держаться от завотделением кардиологии подальше. Один юноша, на котором халат висел, как на чужом, попытался остановить Богдана Семеновича.
– Виктор, – ответил тот, не замедляя шаг, – по этому поводу мы с вами уже говорили.
Сказано было совсем без интонации, но бедный Виктор стал цвета кафеля и попытался вжаться спиной в стену. Так они добрались до кабинета Богдана Семеновича.
– Сейчас тебя моя медсестра запишет на УЗИ и даст мой личный телефон. Если ты… Мало ли… Короче, вдруг что решишь – позвони. Лично мне. Шуметь не надо.
Ася кивнула. Табличка на кабинете Богдана Семеновича выглядела монументально. Медсестра была с ней любезна до приторности.
Ася знала, что Богдан Семенович врач, но не думала, что прям вот такой врач. Настолько главный.
Ася лежала на кровати и смотрела в потолок. Когда ей было пять лет, ей на день рождения подарили люстру с принцессами. Тогда она ее обожала. И в семь лет, когда попала в нее мячиком, тоже еще любила. Но сейчас ей казалось, что принцессы с треснутого плафона издевательски скалятся.
Ася опять прислушивалась к себе и опять не чувствовала ничего.
