– Да, конечно. Ночь, стволы, незамеченные кочки, пенечки… А утром шишки, синяки, переломы и на теплоход не пустят.
– Да ну тебя! Бери фонарь и пошли, – дернула его за руку Нелли.
Идя на поводу безрассудной идеи, Семен Семенович взял Нелли за руку и, подсвечивая дорогу фонарем, углубился с ней в небольшой лесочек. Выбрав поляну недалеко от палаток, хорошо освещенную луной, они уселись на поваленное дерево.
– И что мы здесь будем делать? – задал логичный вопрос Грач. – Кормить комаров?
– Слушать ночь, – нашлась Нелли. – Ты только прислушайся, как стрекочут кузнечики. Они словно напевают свой романс ночи.
– До меня доносится только лишь как пищат комары у меня над ухом.
– Семен, ты опять не то слушаешь!
– Да, действительно, уж лучше я буду слушать твое дыхание, – согласился он и повернул лицо Нелли к себе, осыпая его поцелуями.
Затем поднял ее на руки и усадил к себе на колени. Сердце Нелли учащенно забилось, и она нежно обвила своими руками шею Семена Семеновича, уложив свою голову ему на плечо.
– Может, все-таки пойдем в палатку? – предложил он.
– Может, пойдем, – мягко согласилась она.
Семен Семенович поднялся с бревна и на мгновение замер.
– Нелли, ты слышишь голоса с берега? – взволнованно спросил он.
– Да, действительно, там какие-то крики, – согласилась она, уловив долетевшие до нее звуки. – Может, что случилось?
– Не знаю, но полагаю, надо торопиться.
Выскочив из леса, они увидели троих молодых ребят у берега, куда-то указывающих рукой. Еще несколько человек, которых разбудил шум, медленно вылезали из своих палаток. Остальные, не придавшие большого значения крикам, оставались внутри. Подойдя ближе к стоящим на берегу, Семен обратил внимание на то место, куда смотрели собравшиеся. Там, в земле, на уровне середины одной из крайних палаток образовалась трещина.
– Как вы ее заметили? – подойдя ближе, поинтересовался Грач.
– Это наша палатка. Не спалось, вышли посидеть на берегу, а тут берег под нами как треснет. Хорошо, хоть вместе с палаткой в воду не обвалился.
Тут началось что-то совершенно никем не запланированное. Трещина, на которую все смотрели, быстро поползла по земле, уходя под палатку. Затем приглушенный треск – и метр земли обвалился в воду, утягивая за собой палатку. Она вытянулась над водой, удерживаемая несколькими кольями, вбитыми в землю. Та же часть земли, которая обрушилась в реку и в которой были вбиты задние колья, тянула палатку к себе, подталкиваемая течением. Еще миг – и все колья, словно пробки, выстрелили из земли. Теперь палатку более ничего не удерживало, а потому огромным куском земли, словно камнем, ее утащило на дно реки.
На поднявшийся шум и крики из своих брезентовых хижин выскочили остальные. Только лишь первая палатка успела скрыться из виду под толстым покрывалом воды, как трещина в земле опять пришла в движение и теперь ползла к палатке, в которой должны были провести ночь Грач и Нелли.
– Моя сумка! В палатке осталась моя сумка! – сообразив, что их палатку ждет та же участь, Семен Семенович тут же, не раздумывая, помчался к ней.
– Куда ты, Семен, остановись! – крикнула Нелли. – Сейчас и здесь будет обвал!
– Что случилось? – спрашивали друг друга недавно вышедшие из палаток.
– Оползни, – пояснил кто-то.
– Все отходите от берега, – закричала появившаяся откуда-то Анастасия. – Мужчины посильнее, помогите собрать палатки и оттащить ближе к лесу!
Анастасия пыталась увести всех подальше от нежданной беды, но Нелли как одержимая рвалась к берегу.
– Пропустите меня, там мой Семен! – кричала она.
Семен же, влетев в палатку, ухватился за ручку сумки и тут почувствовал, как земля у него под ногами начинает расползаться. Испуг на мгновение остановил его, но инстинкт самосохранения оказался сильнее. Он словно зверь рванулся к выходу и уже наполовину был на улице, когда очередной ком земли, на котором была закреплена их палатка, оторвался от основной массы и стал сползать в воду.
Семен Семенович не успел встать обеими ногами на твердый грунт и начал сползать вниз. Одной рукой он удерживал ручку сумки, которая застряла внутри, другой же рукой цеплялся за торчащие сбоку корни. При падении Грач не успел отвернуть лицо от веток того куста, за чьи корни сейчас удерживался. От ссадин лицо начало кровоточить, но это сейчас волновало его меньше всего. Он боялся быть утянутым палаткой, которая сейчас являла связь между его сумкой, застрявшей внутри, и большим куском земли, который уже почти сполз к воде.
Застрявшую ногу наконец удалось вытащить, и Грач стал пытаться этой ногой скинуть палатку с сумки. Наконец это ему удалось. Осталось только спастись самому.
Стоявшие на берегу не видели его отчаянных попыток выбраться, так как опасались подойти к краю и заглянуть вниз из-за угрозы нового обвала. Семен Семенович позвал на помощь, но шум и переполох на берегу заглушали его крики. Зато до него самого доходили отчаянные выкрики Нелли.