Адрес с фамилией назвал, уже войдя в комнату деда. За время моего отсутствия пленник сбежать или освободиться не смог. Уний нависал над ним и постоянно угрожающе ворчал. Для профилактики, наверное.
— Ожидайте. — сказал дежурный. Помялся пару секунд, голос-то у меня подростковый, но всё же уточнил. — Психолога вызвать?
— Благодарю, со мной всё в порядке. — заверил я его. — Ожидаю наряд.
Ну вот и всё. Теперь действительно осталось лишь дождаться полицейских, сдать им на руки преступников, и положить остаток ночи, отвечая на вопросы следователей. Поспать не удастся точно, но это можно сделать днём, а вот школу, по вполне уважительной причине, можно будет и пропустить.
— Пацан, давай договоримся? — подал голос задержанный «грабитель».
— Зачем? — удивился я искренне. — Ты в мой дом ночью проник! На кой чёрт мне с тобой договариваться?
— Ты не понимаешь… — начал было говорить он, но не успел закончить мысль.
С первого этажа донёсся грохот, будто кто-то со всей души пнул тяжеленную входную дверь, застучали по полу сапоги. Полиция? Так быстро? И так… грубо?
— Оставаться на месте, работает спецназ!
Голос ударил одновременно и снизу, и от окна. Которое сразу же превратилось в непрозрачное серебряное зеркало от ударившего в стекло мощного прожектора.
А спецназ-то нахрена? Я же сказал, что преступники задержаны?
Дробный топот быстро приблизился к дверям дедовой спальни, буквально через семь секунд внутрь заглянули двое упакованных, как на войну, бойцов. Просканировали помещение стволами коротких штурмовых винтовок, остановили их на мне с Унием и скомандовали:
— Лежать!
Спорить со штурмовиками нельзя ни в одном из миров, можете мне поверить. Дворянин вы там или нет. Нужно делать то, о чём эти бравые ребята просят. Слишком короткий у них промежуток между мыслью «опасность» и командой «огонь».
Так что я не стал выделываться, и сразу же ткнулся лицом в пол. И Уния, ухватив за загривок, заставил сделать то же самое.
Спецназа, чей бы он ни был, я не боялся. Максимум, что бойцы на горячке могут сделать, это слегка ногой задеть. Да и то не со зла, а лишь проверяя, не прячет ли лежащий на полу человек, какого-нибудь оружия под собой. Потом, конечно, извинятся. Вряд ли сами, а офицер или следователь, который им на смену явиться. Когда нужды в этих современных рыцарях не будет уже.
Но у меня почему-то всё пошло не по плану. То есть, сначала носок тяжёлого ботинка довольно деликатно перевернул меня с живота набок, потом со всех сторон зазвучали возгласы «чисто», но закончилось совсем не так, как я предполагал. Вместо того чтобы предложить мне подняться, наоборот, прижали обратно к полу. А в рации спецназовца, который и проверял меня на наличие оружия, вдруг прозвучало тревожное сообщение.
— Ляпис Калмыку, у нас движение у центрального подъезда. Три гражданских авто, не идентифицированы. Остановились, погасили фары.
— Калмык Ляпису. Наблюдай. Не обнаруживай себя. Филин, дуй со своей тройкой к Ляпису, займи оборону у входа.
Буквально через несколько секунд неведомый Ляпис опять вышел на связь.
— Калмык, наблюдаю вооружённых людей, выходящих из машины. Шесть объектов. Нет идентификации.
— Ляпис, Филин уже к тебе выдвинулся. Калмык Гнедому. Свяжись со штабом и узнай, что за хрень здесь происходит.
— Гнедой принял, занимаюсь.
Довольно громко у них рации включены, надо сказать. Даже из гарнитур переговоры Калмыка с Ляписом были мне хорошо слышны. Но вопрос не в этом, а в том, кто ещё подъехал? По времени как раз должна полиция подоспеть, но наблюдатель на улице сказал, что машины гражданские. И шестерых вооружённых людей он не смог идентифицировать, как полицейских.
Так что с Калмыком этим я полностью согласен — какая-то хрень происходит!
— Я, кстати, хозяин дома. И я вызвал полицию. — сообщил из положения лёжа тому упакованному в броню спецназовцу, благодаря которому и услышал все эти новости. — И задержал второго грабителя. Меня уже можно отпустить.
— Разберёмся. — коротко отозвался тот. Классически, можно сказать. Но потом решил нарушить шаблон добавив. — Этого твоя псина погрызла?
Носок ботинка указал на одного из злоумышленников. Мы как раз недалеко от трупа с Унием лежали.
— Моя, — а смысл скрывать? Характер ран говорящий. — Но вы не думайте, Уний сам не нападёт без команды. А я командовать не буду.
— Разберёмся, — повторил боец. — Но пока лежи. И пса держи. Жалко будет.
Это был толстый намёк на то, что стрелять он будет на поражение, да? Интересные дела! Спецназ получается из Тайной Канцелярии? Нашивок я разглядеть не успел, если они вообще были — сразу мордой в пол прилёг. Но больше вроде, некому. В пользу этого говорит хотя бы то, что прибыли эти ребята сразу и без звонка. Значит, меня, как я и предполагал, пасли. Но кто тогда сейчас прибыл? Следом за спецназом?
