| Well, on the day when your appointment as an officer of the Legion of honor was announced in the papers, we were all sitting with my grandfather, M. Noirtier; M. Danglars was there also-you recollect M. Danglars, do you not, Maximilian, the banker, whose horses ran away with my mother-in-law and little brother, and very nearly killed them? | Это произошло в тот день, когда в газетах напечатали о вашем производстве в кавалеры Почетного легиона. Мы все были у дедушки Нуартье, и там был еще Данглар, - знаете, этот банкир, его лошади третьего дня чуть не убили мою мачеху и брата. |
| While the rest of the company were discussing the approaching marriage of Mademoiselle Danglars, I was reading the paper to my grandfather; but when I came to the paragraph about you, although I had done nothing else but read it over to myself all the morning (you know you had told me all about it the previous evening), I felt so happy, and yet so nervous, at the idea of speaking your name aloud, and before so many people, that I really think I should have passed it over, but for the fear that my doing so might create suspicions as to the cause of my silence; so I summoned up all my courage, and read it as firmly and as steadily as I could." | Я читала дедушке газету, а остальные обсуждали брак мадемуазель Данглар. Когда я дошла до места, которое относилось к вам и которое я уже знала, потому что еще накануне утром вы сообщили мне эту приятную новость, - так вот когда я дошла до этого места, я почувствовала себя очень счастливой... и я была очень взволнована, потому что надо было произнести ваше имя вслух, - я, конечно, пропустила бы его, если бы не боялась, что мое умолчание будет дурно истолковано, - так что я собрала все свое мужество и прочитала его. |
| "Dear Valentine!" | - Милая Валентина! |
| "Well, would you believe it? directly my father caught the sound of your name he turned round quite hastily, and, like a poor silly thing, I was so persuaded that every one must be as much affected as myself by the utterance of your name, that I was not surprised to see my father start, and almost tremble; but I even thought (though that surely must have been a mistake) that M. Danglars trembled too." | - И вот, как только ваше имя было произнесено, мой отец обернулся. Я была настолько убеждена, что ваше имя сразит всех, как удар грома (видите, какая я сумасшедшая!), что мне показалось, будто мой отец вздрогнул, так же как и господин Данглар (это уж, я уверена, было просто мое воображение). |
| "'Morrel, Morrel,' cried my father, 'stop a bit;' then knitting his brows into a deep frown, he added, 'surely this cannot be one of the Morrel family who lived at Marseilles, and gave us so much trouble from their violent Bonapartism-I mean about the year 1815.'-'Yes,' replied M. Danglars, | "Моррель, - сказал мой отец, - постойте, постойте! (Он нахмурил брови.) Не из тех ли он марсельских Моррелей, отъявленных бонапартистов, с которыми нам пришлось столько возиться в тысяча восемьсот пятнадцатом году?" |
| 'I believe he is the son of the old shipowner.'" | "Да, - ответил Данглар, - мне даже кажется, что это сын арматора". |
| "Indeed," answered Maximilian; "and what did your father say then, Valentine?" | - Вот как! - проговорил Максимилиан. - А что же сказал ваш отец? |
| "Oh, such a dreadful thing, that I don't dare to tell you." | - Ужасную вещь, я даже не решаюсь вам повторить. |
| "Always tell me everything," said Maximilian with a smile. | - Скажите все-таки, - с улыбкой попросил Максимилиан. |
