Граф Рысев 6 (СИ) полностью

— Я так и думал. И поэтому хочу предложить тебе взять помощника. Аркаше Куницыну почему-то не понравилось, что его держали в роли бойцовского пса для боёв, параллельно используя в качестве вибратора с расширенным функционалом, — я говорил резко, не опуская рук, сложенных на груди. — Мы как раз планировали пойти в Храм всех богов и обратиться к нашим покровителям. Но, раз тебе скучно, я обращаюсь сейчас.

— Хм, Куница не самый слабый бог. — Проговорила Рысь задумчиво. — И нет, ему тоже не понравилось, что его подопечного взяла в оборот эта шлюха. Я поговорю с ним. Думаю, ты прав, вдвоём у нас есть весьма неплохие шансы ослабить Амару до такой степени, чтобы уже вы вдвоём сумели с ней справиться.

— Мы? — я уставился на неё. — Мы должны окончательно с тварью десятого уровня разделаться? Дорогая, ты меня не переоцениваешь? Я планировал оказать вам посильную помощь. Но я не думал, что будет наоборот!

— Женечка, ну что ты так нервничаешь? — проворковала Рысь, проводя ладонью по моему лицу. — Существуют правила, через которые никто не может переступать, даже боги. Не волнуйся, котик мой, мы постараемся хорошо достать её. Приходите с сыном Куницы в Храм всех богов, там мы обсудим подробности.

Я рывком сел в постели, чувствуя, как по лицу стекает пот.

— Женя, — на меня смотрела встревоженная Маша. — Что с тобой? — она дотронулась до плеча. Удивлённо посмотрела на меня и принялась ощупывать уже целенаправленно.

— Ты чего не спишь? — голос звучал хрипло, и я потянулся за водой.

— Ты застонал, как будто тебе больно, — призналась Маша. — Женя, где твой шрам?

— Ко мне Рысь приходила. — Признался я. — Она убрала шрам и вернула руке полную подвижность. Правда, методы у неё те ещё. Это действительно было больно.

— Женя, — Маша повисла у меня на шее. — Это неважно, неважно, что было чуточку больно. Главное, что она избавила тебя от мучений. Я уже видеть не могла, как ты иной раз мучился.

— Это было в последнее время редко, — пробормотал я, притягивая жену всё ближе и ближе к себе.

— А, так это поэтому ты после той зачистки форта перед нашим отъездом два флакона обезболивающего выпил, — она чуть отстранилась, прищурившись, внимательно разглядывая меня.

— Почему ты такая глазастая? — спросил я, заваливая Машу на кровать. Меня догнало то жуткое, болезненное возбуждение, которое на меня обрушила Рысь. Так что хорошо, что жена уже не спала и была не прочь провести остаток ночи более приятным образом, чем, обсуждая мои исчезнувшие шрамы.

— Потому что я сокол, — ответила Маша, выгнувшись, и больше мы до утра ни о чём не разговаривали.

Утром мы проспали. Нас разбудил настойчивый стук в дверь.

— Женя, Маша, вы совсем с ума сошли? — из-за двери послышался раздражённый голос деда. — Мы уже подлетаем, а вы ещё спите.

— Твою мать, — я подорвался с кровати, а Маша, пискнув, исчезла в санузле.

Натянув штаны, я приоткрыл дверь и встретился со взглядом прищуренных желтоватых глаз, так похожих на мои.

— Мы уже встали пять минут и будем готовы, — отрапортовал я. — А ты почему сам нас будишь?

— Потому что Игнат уже потерпел поражение. У него не хватило бестактности тебя обматерить, а вот я уже был к этому готов. Я, конечно, понимаю, чем вы с женой занимались. Всё-таки высоко в воздухе это должны быть совершенно странные ощущения, но, Женя, не всю же ночь. В конце концов, у вас не медовый месяц. — Высказался дед.

— Ко мне ночью приходила Рысь, — перебил я его возмущение. — Ей было скучно, и она решила избавить меня от этого шрама, который мне жить не давал.

— Ну-ка, — дед толкнул дверь, отодвинув меня, и вошёл в каюту.

Маша, уже полностью одетая, собирала те немногочисленные вещи, которые мы вытащили на время перелёта. Дед кивнул ей, а потом бесцеремонно ощупал плечо и заставил поднять несколько раз руку.