— Ну, от такого зрелища это неудивительно, — он вернулся к рассматриванию книг. — Довольно странный выбор, — Олег покосился на Вискаса. — «Основы мироздания» древнего философа Феофана Трутнева. Серьёзно?
— Олег, это сейф, — я закатил глаза. — Петров, ты бы действительно что-нибудь попроще туда насовал. Каких-нибудь бульварных журналов. Выглядело бы более правдоподобно. А так шкаф сразу привлекает ненужное внимание.
— Почему? — Вискас посмотрел на книги. Что в них такого?
— Потому что половина твоих дружков думают, что ты читать не умеешь. Какие философские труды? О чём ты вообще? — я встал и подошёл к шкафу.
— Да нормально этот Трутнев писал. Мне понравилось, — пожал плечами Вискас. — Особенно когда он о роли женщины в жизни мужчины рассуждал. Прямо за душу взяло.
— Что? — мы с Мамбовым уставились на Петрова, и я даже пару раз моргнул. — Ты так больше не шути, а то у меня чуть с сердцем плохо не стало, — пожаловался я, приложив руку к груди.
— Так что с этими книгами не так? — Вискас нахмурился, переводя взгляд с меня на Мамбова и обратно.
— Всё нормально, — Олег криво ухмыльнулся и похлопал его по плечу. — Всё просто замечательно.
— А где Фыра? — Вискас прошёл мимо нас и выглянул в коридор. — Вы что же, Евгений Фёдорович, не взяли её с собой? Ей же так нравится здесь бывать, да и работники Фырочку очень любят.
— Она же мать, — я удивлённо посмотрел на него. — Куда ей далеко от котят своих отходить? Да она и сама не пойдёт. Ничего, не переживай. Как только котят пристроим, так сразу в гости жди.
— А-а-а, ну тогда ладно, — Вискас даже улыбнулся, когда я сказал про котят.
— Что с нашим делом? — Мамбов так резко сменил тему разговора, что даже я сразу не сообразил, что происходит. — Скрытнов объявлялся?
— Звонил, — Вискас тут же подобрался. — Вот прямо перед тем, как Жу-Жу зашла, мы с ним обговорили некоторые детали.
Он замолчал, и я поторопил его с ответом: — Говори быстрее, что ты тянешь кота за причинное место!
Петров посмотрел на меня и хмыкнул, гад такой, но продолжил говорить: — Фрол сказал, что планы в последний момент поменялись, и он слегка их подкорректировал. Уже завтра мне начнут подвозить образцы оружия, а через неделю приедут покупатели. Сам Фрол появится только при заключении сделки и конкретную дату мне не назовёт. О ней будут знать исключительно покупатели.
— Он что-то заподозрил, — я снова сел в кресло и задумался. — Может быть, где-то прошла информация, что заведение на самом деле принадлежит мне? — спросил я, разглядывая проклятый шкаф.
— Нет. Если только слухи… — покачал головой Вискас. — Все бумаги на меня же оформлены, а о наших с вами взаимоотношениях знать никому не обязательно.
— Это точно. И тем не менее он что-то заподозрил, — я не сдержался и стукнул кулаком по подлокотнику.
— Думаю, что образцы с оружием будут обманкой, — через минуту сказал Мамбов. — Но даже если и нет, ничего не трогай. Они наверняка будут запакованы со сторожевыми магическими метками. Если трогать, то он узнает, и тогда…
— Нет, вы не правы, — Вискас покачал головой. — Я не просто осмотрю этот груз. Я в каждый свёрток нос засуну, и если это обманка, позвоню и предъявлю этому козлу претензию. Поверьте, ничего не делать будет гораздо хуже.
— Думаю, мы доверимся твоему воровскому опыту, — наконец я принял решение. Мамбов наклонил голову, принимая его. — С этого дня контакты по минимуму. Общаться будем только по мобилету. Ну, я и не думал, что всё будет просто. Если бы он был менее осторожным сукиным сыном, то его бы давно Медведев за задницу взял.
Встав на ноги, я уже шагнул к двери, но тут у меня зазвонил мобилет. Посмотрев на номер звонившего, невольно нахмурился.
— Что у тебя, Петрович? — быстро спросил я.
— Вчера не мог до вас дозвониться, — сразу же проговорил старший егерь. — Мы с Сергеем Ильичом всё проговорили, но он велел поставить вас в известность, даже если сам успеет рассказать.
— Говори. Дед не успел мне ничего рассказать, потому что я не был дома. Сразу с вокзала по делам поехал, — под ложечкой засосало от нехороших предчувствий.
— Вчера вечером в дом баронессы Камневой заявились четверо столичных хлыщей с неприличными предложениями по поводу серебряных шахт. Мы не смогли найти с ними общий язык…
— Ты их убил? — перебил я Петровича.
— Я что, котёнок неразумный? — старший егерь даже удивился. — Живы они, уже едут на поезде обратно в Москву. Правда, двое из них ещё долго будут жрать через трубочку, — добавил он жёстко. — Я вызвал ребят. Мы здесь с двумя десятками погостим какое-то время.
— Кто стоит за этими хлыщами? — процедил я, стискивая кулаки.
— Барон Дроздов, — Петрович говорил спокойно. — Сергей Ильич сказал, что сам с ним разберётся. Барон-то почти всё время в Москве живёт. Но меня, если что, у баронессы можно будет найти.
— Я понял, — рука сама собой сжалась в кулак. Вот ни раньше, ни позже. — Это они браконьерили?
