Я проводил её взглядом. Девушка была хороша. Всё делала в рамках пристойности, в движениях не было пошлости, и это ещё больше привлекало внимание. Краем глаза я заметил, что Фрол тоже искоса смотрит вслед официантке. А Вискас молодец, прислал девчонку, которая совершенно точно не в курсе, кому именно принадлежит заведение. Обычно-то он сам обслуживал мой столик. Таким образом он и меня не демаскировал, и не заставил Фрола нервничать ещё больше. Молодец! Премию точно заслужил.
Тем временем на сцену вышла Наташа. Ну, что я могу сказать, Жу-Жу нашла себе великолепную замену. Свет в зале слегка приглушили, а разговоры за столиками или прекратились, или перешли на шёпот. Вискас таким образом скоро моё заведение на недосягаемую высоту поднимет. Не удивлюсь, если однажды здесь Дмитрия Фёдоровича замечу. Он, судя по слухам, большой любитель прелестных певиц.
Одна часть моего мозга никак не могла переключиться с Маши, запертой в охотничьем домике, окружённом головорезами. Да, я понимал, что не успею туда добраться, и прекрасно знал, что там сейчас находится Петрович, и я только помешаю, потому что меня будет очень сложно включить в работу сотни, но не мог прекратить думать и полностью переключиться на свою работу здесь.
На Овсянникова я почти не обращал внимания, но послеживал за тем, чтобы он никуда не свалил. А то пойдёт якобы в туалет, и всё, лови его потом по заграницам.
Наташа начала петь, и я прикрыл глаза. Прекрасный голос! Вот так моряки и попадаются в сети сирен.
— Ваше сиятельство, — ко мне подошёл один из помощников Вискаса и зашептал, слегка нагнувшись, — вас просят пройти в зал для переговоров.
— Что, уже пора? — я повернулся к нему, и помощник сдержанно кивнул. На Овсянникова он не обращал никакого внимания. Вискас сегодня просто сам себя, похоже, превзойти хочет. — Куда идти?
— Следуйте за мной, — и помощник быстро пошёл к выходу из зала.
— Эх, не послушали, как прелестная Наташа поёт, — проговорил я, когда мы вышли в коридор.
— Ничего, ваше сиятельство, — весьма сдержанно улыбнулся помощник. — Думаю, что для вас она согласится спеть наедине. Проходите сюда, — он открыл дверь и протянул нам маски. — Господа, находящиеся в этой комнате, пожелали остаться неизвестными.
— Разумная предосторожность, — хмыкнул я и надел маску. — Ну что же, пойдём.
— А может быть, я останусь здесь? — Овсянников крутил в руках свою маску.
— Нет, — я улыбнулся и увидел в висящем на стене зеркале, как в прорезях маски мои глаза блеснули жёлтым огнём. — Быстро надевай или пойдёшь без неё. У меня весьма паршивое настроение, не усугубляй его, — и на моих пальцах начали вытягиваться когти. Так, спокойно, Женя. Ты явно себя плохо контролируешь, что может привести к катастрофе.
Овсянников быстро надел маску, а я за это время сумел взять себя в руки. Втолкнув Фрола в комнату, пафосно названную Вискасом залом, я вошёл следом. Дверь за нами закрылась, а я сразу же ощутил на себе множество любопытных и настороженных взглядов.
— Добрый вечер, господа, — я прошёл к креслу, стоящему неподалёку. Рядом с этим креслом очень кстати стоял стул. Кивнув на стул Овсянникову, сам сел в кресло и положил ногу на ногу. Немного подумав, достал футляр с подаренной мне императором пилкой для ногтей. Даже если меня кто-то по ней узнает, ну что же, я прятаться и не собирался. — Надеюсь, аукцион начнётся скоро, — произнёс я в воцарившейся тишине. — Я всё ещё не оставляю надежду насладиться пением прекрасной Натальи.
Достав из футляра пилку, провёл ею по ногтю, насмешливо глядя на собравшихся гостей.
Дмитрий ПроРысев захлопнул дверь купе и вышел в тамбур. Там его уже ждали трое егерей, из сопровождающей пятёрки. Ещё двое задержались в купе с теми неудачниками, которым настолько не повезло в жизни. А то, что им не повезло, стало понятно в тот самый момент, когда они связались с Юрой Ондатровым. И то, что они нарвались на Петровича, тоже как-то на удачу не тянуло.
— Трудно было? — спросил Артём, глядя, как его командир достаёт мобилет.
— Не очень, — покачал головой Дмитрий. — Они особо ничего не скрывали.
— Васильков с ними был? — Артём продолжал сверлить его напряжённым взглядом.
— Да, — Дмитрий набрал номер и поднёс трубку к уху. — Ему казалось, что прекрасная Елена слишком мало предоставляла ему власти. Собственно, она вообще не оставила ему права голоса. Но Адриан смирился бы, его в принципе всё устраивало, он знал, за каким хреном баронесса вообще вышла за него. Но случилось страшное: супруга связалась с Рысевыми и отлучила его от супружеской постели. Начала засматриваться на егерей и часто поминала вслух Антипа Петровича. Этого Адриан уже не мог вынести. И в какой-то мере я его понимаю. Припекло мужика.
— Пришёл бы к Сергею Ильичу, попросил угомонить жену, да егерей приструнить, — нахмурился Артём. — Что мы без понятия, что ли? Да и Петрович держал бы себя в руках и ничего не стал бы делать, если бы его сиятельство предупредил.
