— Рысевы подали ответный иск. До окончания разбирательства ему ход, естественно никто не даст… — Кречет посмотрел на Медведева и усмехнулся. — Вот что, Дмитрий Фёдорович, после расследования притормози слегка, дай Рысеву насладиться моментом. Пусть стрясёт с Зубровых всё, что сможет в качестве компенсации, всё равно на время тяжб им станет не до заговоров, а потом уже начинай аресты и дознания.
— Балуете вы Рысева, ваше величество, — хмыкнул Медведев.
— Я в корыстных целях, Дмитрий Фёдорович. Вдруг Женя однажды проникнется и напишет мой портрет наподобие той картины, от которой сердце быстрее биться начинает? Могу же я помечтать, — и Пётр Алексеевич взял со стола очередную бумагу, тем самым показывая Медведеву, что аудиенция закончена.
Дмитрий Фёдорович встал, снова коротко поклонился и вышел из кабинета императора. Уже в коридоре он достал мобилет и быстро набрал номер своего помощника.
— Слава, отзывай группы от домов Зубровых, — сказал он с недовольством в голосе. — Пускай все пребывают в готовности, но ждут дополнительного приказа о начале операции по одновременному аресту.
— Остальных господ, из тех, кто прибыл на аукцион, это распоряжение тоже касается? — деловито уточнил помощник.
— Нет, только Зубровых. Остальных берём и начинаем дознание, — ответил ему Медведев, подходя к окну.
В коридоре никого не было, только двое гвардейцев охраняли двери в кабинет императора. Их задача даже не защитить императора в случае нападения, а дать время магу восьмого уровня развернуть свой дар и ударить. Иногда эти секунды значили очень много, и обычно это понимали все, почему-то кроме самих нападающих. У них словно блок на мозги кто-то ставил в такие моменты.
Медведев повернулся к окну. Он остановился достаточно далеко от гвардейцев, чтобы они не расслышали, что глава Службы Безопасности говорит своему собеседнику.
— Я могу поинтересоваться, почему Зубровым обеспечена такая поблажка? — осторожно спросил Слава.
— Его величество решил подарить их Рысеву в качестве компенсации того стресса, который мальчик получит, общаясь с Собственной Службой Безопасности, — ядовито ответил Медведев. — Так что приказ поступит, когда граф наиграется.
— А до этого пока наиграется Собственная Служба Безопасности, — в голосе помощника послышалась ирония. — Я всё понял, Дмитрий Фёдорович, приступаю к отзыву групп и отдаю приказ тем группам, которые занимаются другими участниками аукциона.
Слава отключился, а Медведев ещё раз посмотрел на гвардейцев, не пошевелившихся ни разу с тех пор, пока он здесь стоял, и пошёл по коридору к выходу из дворцовой зоны. Может, и правда отозвать внутреннее расследование против Рысева? — промелькнуло у него в голове. Но Дмитрий Фёдорович тут же отбросил эти мысли, переключившись на предстоящие дознания. А ведь ещё нужно результатами с графом Орловым поделиться. Обещал, что поделать…
Сергей Ильич вошёл в холл и раздражённо взял со столика письма. Перебрав их и не обнаружив ничего достойного немедленного внимания, он бросил их обратно на серебряный поднос.
— Серёжа, что-то случилось? — к нему подошла Ольга и обняла сзади за талию, прижавшись грудью к спине графа.
— Не то чтобы случилось… — он развернулся, просто вывернувшись в её руках, как самый настоящий кот, обхватил её за талию и прижал к себе. — Я не могу начать отчуждение собственности Ондатровых, потому что этот кусок дерьма всё ещё где-то бегает. В канцелярии мне прямо сказали или Ондатрова в наручниках им предоставить, или его труп!
— Но его осудили? — Ольга нахмурилась. Её тревожило, что Ондатров сбежал, да ещё в тот момент, когда шло разбирательство с Женей, и Маша ждала ребёнка.
— Нет, конечно, суд — это очень долгий процесс. И им нужен или сам Ондатров, или его труп. И, Оленька, мне нужно то же самое!
В дверь позвонили, и мимо графа и его пока ещё любовницы прошёл с невозмутимым видом дворецкий. Открыв дверь, он принял пакет у курьера, расписался в получении и закрыл дверь. Всё это время Сергей Ильич молча наблюдал за ним. Когда дверь закрылась, дворецкий повернулся к графу.
— Вам пакет, ваше сиятельство. Из Имперской канцелярии.
— Что там? — Сергей Ильич очень неохотно отпустил Ольгу и принял пакет. Вытащив толстую пачку бумаг, он заметил лист сопровождения. Прочитав его, на секунду замер, а потом поднёс руку ко лбу. — Ну что же, это не может не радовать.
— Серёжа? — Ольга внимательно на него посмотрела.
— Моё прошение удовлетворено в полной мере. У меня есть два месяца, чтобы заказать гербовую печать нового княжества и зарегистрировать в Канцелярии все необходимые регалии. Да, и мне нужно сшить новый костюм, а тебе платье, потому что через два месяца я приму бумаги, подтверждающие титул, из рук императора, — на одном дыхании выпалил Рысев и негромко засмеялся.
— О, Серёжа! — и Ольга повисла у него на шее. — Я так рада за вас!
— Оля, если ты хочешь побыть хоть немного графиней, то давай просто поженимся. Только ты, я и служитель Храма. У тебя нет покровителя, так что это в любом случае будет упрощённая церемония. — совершенно серьёзно сказал Рысев.
