Что бы не шептала ему тварь за порогом…
Остров общества Теслы, Атлантика.
— Победитель — чемпион претендента. — глухо произнес Шестой, когда стало понятно, что его собственный чемпион больше не встанет. Первый и третий смотрели на итоги схватки молча.
— Двое за, трое против. Но победа за претендентом. — сказала с улыбкой Пятая. — Надеюсь ни у кого нет возражений?
— Даже если бы были, других чемпионов в данный момент на острове нет. — довольно сказал Седьмой. — Итак, господа?
— Властью, данной мне советом Теслы, от имени нашего основателя, я поздравляю вас с получением долгожданного места в совете. — наконец произнес Первый, сохраняя благожелательный тон и вежливую улыбку на лице. Но они никого не могли обмануть. Первый был в ярости. — С этого момента и до опротестования вашего места — вы будете именоваться Вторым.
— С этого момента и навсегда. — улыбнувшись парировал Борис. — Если же у кого-то есть возражения, уверен, мы сможем решить их в рабочем порядке. А теперь, я прошу созвать срочное голосование по вопросу безопасности Польской зоны.
— Поддерживаю. — тут же сказала Пятая. — Необходимо в срочном порядке вмешаться в происходящее и нейтрализовать, или по крайней мере уменьшить влияние зоны. Наши страны потеряли слишком много сил, средств и человеческих ресурсов от этой глупой авантюры. Пора с ней заканчивать.
— Поддерживаю. — неожиданно сказал Третий. — Если зона продолжит разрастаться, будут затронуты общенациональные интересы. Европа потеряла уже три страны и больше семидесяти миллионов человек, Британию захлестывают волны мигрантов, которые едва ли не опаснее монстров.
— Забавно слышать это от того, кто недавно полностью одобрял планы моей предшественницы и курировал её деятельность. — усмехнулся новый Второй. — Однако я благодарен вам за вклад в обсуждение.
— Пусть будет совет. — кивнул Четвертый. — В мире и так слишком много зон, а из Европы поступает много противоречивых, но очень опасных слухов. Если хоть часть из них подтвердится, это станет катастрофой для всего мира.
Первый, и лишившийся чемпиона Шестой ничего не сказали. Шестой принципиально, из-за поражения и прямого противостояния с присоединившемуся к Европейскому блоку Третьему, а Первый — потому как в том не было никакого смысла. Единственный выживший чемпион — у Второго, хоть и ненадолго, а большинство в совете в кои то веки оказалось не за Первым.
Но опять, ненадолго.
— Борис Владимирович, что с ним? — обеспокоенно спросила супруга князя Юсупова, мечущегося в горячке. — Он сам не свой, будто пылает изнутри.
— Так и есть. — мрачно ответил Второй. — Он выжег себя в сражении, отдал себя до конца, не только тело, но и душу, хотя я предупреждал его, то с новообретенными силами нужно беречься.
— Но как же так, вы же обещали! — вскинулась было женщина, но тут же рухнула под давлением взгляда Второго. — Обещали…
— Я обещал ему силу и дал её с избытком. Обещал вам владения и деньги, и этого у вас больше, чем вы можете удержать. — через несколько секунд проговорил Борис. — Как вы этим распорядились, как сумели использовать — лишь ваша ответственность. К счастью, теперь все будет нормально.
— Он поправится? — с воодушевлением спросила Юсупова, сжав локоть мужа.
— Нет. — жестко ответил Борис. — Но у следующего чемпиона наконец проявилось достаточно силы, чтобы выполнить возложенный на него долг…
23.07–28.08
Как потратить собираемые три недели силы за тридцать минут? Запросто, если приходится применять стихийный конструкт на площади. Когда я смотрел запись боя это выглядело на редкость эпично. Синее пламя, спускающееся с небес, и несущий его одинокий ангел.
И лишь немногие знали какие чудовищные силы, и невероятная подготовка стояли за этим небольшим представлением. В свое оправдание могу лишь сказать, что горжусь освоением стихии, пусть и заимствованной, но перевести её из клинка в другие конструкты — оказалось крайне тяжело.
А ещё я единственный кто мог накопить столько силы, хоть у меня в распоряжении и был весь алмазный фонд. Выбрав самые крупные, неповреждённые и при этом использованные инициированные камни я планомерно подстраивал их под свои силы, а затем напитывал до отказа.
В результате во время сражения я использовал около двухсот килограмм резонансных камней. Сколько это в каратах, даже представить сложно. Но повторять такое представление у меня не было никакого желания, ведь даже с учетом всех потраченных сил, нового резонаторного усилителя тяжелого крейсера, сохранившего старое название Гнев империи, и тысяч камней я, по факту, сделал не так много.
К тому моменту как мы вмешались в схватку защитниками рубежа было уничтожено больше двух третей всех тварей. Благодаря их самоотверженной обороне мы заранее выявили все артиллерийские позиции врага, а благодаря истинному зрению видели главные управляющие центры.
