— Были такие мысли. — кивнул Петр. — Если чудовища идут по эволюционному, хоть ив миллионы раз ускоренному пути, то в начале были бы гигантски амебы, затем всякие черви, и только потом членистоногие. А до разумной жизни в любом случае дошло бы не скоро. И единственное этому объяснение — твари впитывают информацию из поглощенных. Медленно, возможно не в полном объеме или в извращенной форме.
— Так мы дойдем до того, что монстры воруют людей в целом состоянии чтобы есть их мозги. — нервно усмехнулся Боженов. — Господа, чего вы на меня так смотрите, это была лишь шутка и не слишком удачная.
— Как бы ваша неудачная шутка не обернулась горькой реальностью. — возразил Мирослав, покачав головой. — Мы обязаны рассматривать все варианты, даже самые чудовищные и фантастические. Потом, когда выяснится, что перестраховывались мы зря, можно будет расслабится, а пока возьмем это за одну из рабочих теорий.
— Вторая теория, чуть менее фантастическая — какому-то искаженному удалось сохранить часть разума и воспоминаний, приспособится к диссонансу и начать осваиваться в зоне. — продолжил Суворов. — Однако для нас этот вариант ещё хуже, куда страшнее, но, как ни жаль это говорить — реалистичнее.
— Если там сохранился разумный и достаточно могущественный искаженный, который хочет отомстить всему миру, то он будет иметь представления об армии и флоте, что уже было доказано организованной атакой на Днепропетровск. — говорил Мирослав, открывая очередное фото. — Вот последний снимок с разведывательного стратостата, миновавшего зону с попутным ветром. А вот здесь, буквально в каменистой пустыне, аномальное даже для зоны упорядоченное скопление тварей.
Тут он был совершенно прав. Несмотря на то, что обозначенный квадрат специально не изучался, и масштаб не позволял рассмотреть всё в деталях, но и этого хватало чтобы увидеть явные круговые фигуры, состоящие из отдельно стоящих точек — клякс диссонансных тварей, а рядом с ними — существ чуть меньшего размера. Выходило что-то вроде грядок с кустами… или инкубаторов.
— В центре обнаруженной зоны находится осьминог, с размахом щупалец в сто пятьдесят — двести метров. На снимках двумя днями ранее он так же есть, но в окружении сплошного моря некроплоти. — проговорил Мирослав, отметив тварь кружком на снимке. — А также есть и на более ранних, вот это за неделю, а это за месяц до событий у Днепра. Если бы мы могли говорить о человеческой армии, я бы сказал, что тут собираются войска. Вот будущие боевые колонны, вот тяжелые штурмовые отделения…
— Враждебный человеческий разум взявший под контроль тварей? — переспросил я, вглядываясь в фото. — Но в таком случае… мы знаем лишь об одной организации, которая столь глубоко погружалась в изучение диссонанса.
— Я бы не спешил обвинять в происходящем общество Теслы, ваше высочество. — предостерег генеральный консул. — Во-первых это лишь догадки, и никаких доказательств у нас нет, более того — и быть не может. Во-вторых, это точно не в их интересах, репутация общества сильно пострадала после возникновения Польской зоны.
— Что-то мне подсказывает, что сейчас им наплевать на репутацию, а главный вопрос — как показать свою незаменимость. — покачав головой ответил я. — Господа, если вот это — главная угроза нашей стране, мы обязаны её устранить.
— Это почти в самом центре зоны, ваше высочество. — покачал головой Мирослав. — Нам туда никак не добраться.
— И мы плавно переходим к следующему вопросу. — улыбнувшись сказал я, и махнул Василию, чтобы он включил презентацию. — До вас скорее всего доходили слухи о начатых мною проектах. Некоторым это очень не понравилось, особенно учитывая, что я отрываю от их непосредственных обязанностей талантливых инженеров и конструкторов. Однако это было не зря.
— Перед вами теоретически обоснованные чертежи первой воздушной подводной лодки. — усмехнувшись продолжил я, когда на экране появилось схематичное изображение. — Некоторые безусловно опознали в этом цилиндре древний дирижабль, прародителя наших воздушных судов. Очень древнего, надо сказать.
— Да, такие лет двести назад летали. — усмехнулся Мирослав.
— Совершенно верно. Правда не совсем такие, а гелиевые и водородные. — ответил я. — Ну и размерчик у них был раза в четыре меньше. Минусы такого судна думаю никому описывать не нужно — медленное, неповоротливое, совершенно не защищенное с точки зрения современного воздушного боя. Но инженеры предложили такую конструкцию из-за её неоспоримых в нашей ситуации плюсов.
— Во-первых, чрезвычайная простота конструкции. Данный аппарат не требует ложных двигателей, турбинных установок и прочего. Он даже обойдется без реактора и резонанса. — продолжил я. — А значит действовать сможет даже в условиях экстремального диссонансного поля.
— Во-вторых, у него потрясающая тяговооруженность, при проектировании предусмотрено что одно такое судно может нести до трехсот тонн бомб. — я кивнул, и Василий сменил слайд в презентации. — Если судно сумеет добраться до цели, оно почти гарантированно её уничтожит.
