— Да, ваше высочество. Немедля сменю наблюдателей, подождите три минуты. — попросил Багратион-младший, а через пять минут сам вошел в палату. — Всё сделано, люди крайне надежные, как и у любого человека слабости у них есть, но они под нашим контролем.
— В таком случае продолжим нашу беседу. — кивнул я, повернувшись к пленнику. — Я уже знаю понятие Хаос, применяемое к твари за гранью, а вот остальные сегодня услышал впервые.
— А само существование других миров вас не удивляет? — уточнил механойд. — Хотя, зачем спрашивать того, кто узнал изделие 8К71. Остается лишь вопрос, как вы можете ничего не знать?
— Меньше издевок и сарказма, больше информации. — оборвал я пленника.
— Мне остановить запись? — спросил Константин.
— Нет, после пересмотрим для понимания ситуации. — покачал я головой. — Начнем с базы. Что такое порядок и хаос? Почему тварь хаоса хочет нас уничтожить?
— Я не могу ответить на то, чего не знаю. — ответил механойд. — К тому же, кто может ответить, убивает ли коршун, желая зла, или из пропитания? Мне непонятны мотивы Пожирателя, а всё что я о нем знаю — известно уже из этого мира.
— Тогда вернемся к первой части вопроса — Порядок и Хаос. — терпеливо сказал я. — Что они такое?
— По расширенной теории относительности Эммануила Адама Эйнштейна, Энтропия и Забвение, Порядок и Хаос — два крайних состояния материи и времени. — ответил механойд. — Две крайних формы существования вселенной. Абсолютная тепловая смерть и абсолютная квантовая возбужденность.
— Легче не стало. — пробормотал Таран, морща лоб.
— Ладно, теоретические изыскания оставим ученым. — решил я. — Уверен им будет крайне интересно узнать обоснование такой точки зрения.
— Верно, это лишь теория. Истины никто не знает. Не было тех, кто мог бы её подтвердить и выжить при этом. — ответил механойд. — Но теория, подтвержденная практикой и наблюдениями. Этот мир стоит на границе с хаосом и скатывается в него с каждым открытым прорывом.
— Но у тебя есть сведения и технологии, которые не относятся к этому миру. — уточнил я. — Плюс техническое оснащение, в этом мире нет столь развитых технологий.
— Сто лет назад не было. — ответил механойд. — И не должно было быть, пока Никола Тесла не сделал свой прорыв, а затем не попытался исправить катастрофу, обрушив на наш мир её отголоски.
— Может мне всё же остановить записи? — уточнил Багратион. — Или пригласить священника и психиатра.
— В его случае скорее программиста и тестера. — проговорил я, внимательно глядя на измененную аугментикой фигуру. — Всё что он говорит может быть лишь бредом воспаленного разума Максима, или того хуже — прямой дезинформацией, рассчитанной на то, чтобы мы прониклись и передали все свои ресурсы.
— Сказал тот, кто предстал перед своим народом в образе огнекрылого ангела, спустившегося с небес. — не без сарказма заметил механойд. — Ты тоже не из этого мира, хоть и выглядишь, и говоришь как человек. Но ты прокололся, когда сказал, что видишь энергетические структуры, люди без специального оборудования на это не способны.
— Похоже ты даже не представляешь на что способно человеческое тело при должных тренировках и раскрытии потенциала. — усмехнувшись ответил я. — Мы существа куда более сложные, чем шестеренки и электрические разряды. И все здесь присутствующие, включая Максима, умеют видеть потоки праны.
— Это лишь религиозные называния нервных окончаний и синапсов. Они не могут быть развиты иначе чем биоинженерией. — возразил механойд.
— Предлагаю простую схему, я рассказываю о человеке, а ты — о механизмах общества Теслы. — сказал я. — Нам не нужен запредельный уровень, лишь то что мы сумеем воссоздать, отремонтировать или использовать без их указки.
— Я не могу этого сделать. Это нарушит и без того хрупкий баланс. — вновь возразил механойд.
— Баланс давно разрушен. — покачав головой сказал я. — Мы же наоборот, хотим его вернуть. На сколько я понимаю, это соответствует и твоим интересам.
— Выживание, совершенствование, познание. — проговорил механойд. — Я буду с вами сотрудничать, буду познавать и обмениваться сведениями, но прежде вы должны доказать, что вам можно доверять.
— Нам можно доверять? — ахнул от такой наглости Таран. — Да ты давно должен был сдохнуть мразь! За всех наших павших товарищей, за диверсии, за Макса!
— Спокойно. — поморщившись оборвал я соратника. — Он прав, то, что ты функционируешь не более чем стечение обстоятельств. Возможно — удачное для нас всех. Или трагическое, смотря как ты себя поведешь. Но требовать ты от нас точно ничего не в праве. Это от нашего доверия к тебе зависит твоя жизнь, а не наоборот.
— Что вы хотите? — спокойно спросил механойд.
— Сведения, чертежи, инструменты — всё что поможет нам в борьбе с диссонансной зоной. — ответил я. — Как ты и сказал в первую очередь — выживание.
— Хорошо. Я согласен. Мне нужно подготовить пакет документации… а вам начать поиски нового донора. — ответил механойд, и отключился, а на первое место вновь вышел тяжело вздохнувший Максим.
