Говорить товарищу, что мы находимся в ситуации, когда лететь просто некуда, я не спешил. Тут ведь какая ситуация. В Ашхабаде — две вражеских эскадры, которые просто так нас не отпустят. На Кавказе — весь северный флот, под командованием адмирала Нарышкина, что мечтает отправить меня к императору в кандалах. А на севере — не слишком доброжелательный президент Уральской республики. Ну а чтобы далеко не ходить, где-то совсем неподалеку остатки пиратского флота.
Держа все эти факты в уме, мы на протяжении двух недель занимались конструированием своего нового корабля поддержки и снабжения. Но чем дольше мы возились, тем меньше у меня было поводов для того, чтобы сидеть в пустыне, и больше раздумий — куда именно отправиться.
К счастью, все рано или поздно заканчивается. Так и наше время на переоборудование подошло к концу. Не оставляя иного выбора, кроме как перейти от стендовых и наземных испытаний к полноценным воздушным. Титаническая туша Черепахи, поднялась из песка, гудя двумя десятками маршевых двигателей.
Время мы выбрали довольно подходящее. Песчаная буря только прошла со стороны Каспия к Хиве, и сейчас там клубились темные облака, а значит посторонних будет меньше. Пока судно шло без дополнительной нагрузки, но уверенно и без перекосов, что внушало уверенность.
— Внимание! Говорит Впередсмотрящий! Вижу на радаре группу быстро приближающихся целей! Они вышли из песчаной бури и идут прямым курсом к нам. — донесся в рубке Черепахи обеспокоенный голос. — Три… нет семь… черт нет! Два десятка мелких и средних целей, расстояние менее ста километров!
— Точнее! Время до контакта? — спросил я, чтобы понять какие у нас варианты.
— Десять, нет пять минут. На острие атаки быстроходные яхты. — почти мгновенно ответил капитан Впередсмотрящего, и я на мгновение зажмурился. Не успеваем. Если бы хоть двадцать минут — можно было попробовать укрыться, спрятаться под песком, но после старта Черепахи большая часть кораблей оказалась без маскировки, ее просто сдуло.
— Я прикрою! Лидер-один стае, подъем! — крикнула Ольга, оставшаяся во время рутинной проверки на земле.
— На земле нас просто расплющат. — глухо проговорил Перт, в этой миссии выполнявший роль первого пилота. Его страховала Ангелина, хотя изначально это было просто формальностью. Взлететь и сесть обратно мог даже я, со своими не слишком большими талантами к пилотированию. А вот то, что Гнев остался без моего прикрытия — немного напрягало.
— Общая боевая тревога. — принял решение я, активировав локальный канал передачи данных. — Всем боевым постам занять свои места. Все корабли — полная огневая готовность. Противник приближается с Севера. Примерное время до столкновения четыре минуты. Доложить по готовности.
На борту бывшего транспортника взвыла сирена, но я воспринимал ее фоном. Черепаха изначально не была боевым кораблем. Совершенно другие задачи, и заточенные под них инженерные решения. И сколько бы не был Краснов гениальным до безумия инженером и взрывотехником, у него не получилось за столь короткий срок сделать из утки ястреба. Но выхода все равно не было.
— Три минуты до контакта. Лидер-один, встречайте противника на огневом рубеже и отступайте под защиту Гнева империи. — приказал я, стараясь просчитать все варианты. — Гнев, доложить обстановку.
— Гнев империи на связи. У нас проблемы с энергопитанием, мощность двигателей пятьдесят процентов от номинальной. — мгновенно отозвался Николай. — Как мы могли до этого держать судно на плаву — непонятно.
— Таран, кто у нас на гневе? — прикрыв на мгновение глаза спросил я по рации.
— Первый и третий штурмовой взвод. — ответил бурят. — Я уже приказал ребятам перейти в реакторный отсек, но не уверен, что мы сможем полностью компенсировать резерв, который давали вы, капитан.
— В любом случае — попытайтесь. — оставлять свой флагман без прикрытия я не собирался, но сейчас почти половина офицерского состава оказалась на борту Черепахи. Не лучший вариант, но работать приходилось с тем, что есть. — Что у нас по орудиям?
— Черепаха — транспортник и эскадренный авианосец, а не артиллерийский корабль. — недовольно ответил Краснов. — Основное вооружение — восемь башен ПСО, максимальный калибр — спаренные семидесяти пятимиллиметровые пушки. Но если нас достанут в прямом боестолкновении — изрешетят как консервную банку.
— Значит засунем банку в прозрачную колбу. — ответил я, понимая, что ситуация аховая. — Всем 75-мм орудиям, подать в автомат заряжания бронебойные снаряды. Работать залпами. Остальные орудия — огонь по пеленгу, сбивайте все до чего дотянетесь и не беспокойтесь о последствиях. Разворот, малый вперед. Нужно выиграть немного времени чтобы фрегат занял промежуточное положение и отрезал нас от врагов.
— Принято! Гнев империи, выдвигаюсь на передний фланг. — отчеканил Николай. — Держитесь.
