Я еще дважды сумел подправить курс врага, так чтобы они рухнули как можно дальше от Черепахи, но, к моему громаднейшему сожалению, сели они довольно мягко, разве что по склону чуть прокатились, повредив брюхо и маршевые двигатели. Но золотистый купол по-прежнему держался над ними.
— Открытый канал. — приказал я, и через секунду Инга кивнула. — Цесаревич Александр вызывает Генриха, бывшего Великим. Сдавайтесь, иначе погибнете.
— Вы не сможете пробить наш купол! Мы под защитой господа! — яростно ответил мне появившийся на экране немец. Но куда больше меня заинтересовал не он, а чуть улыбающийся парень, стоящий у него под левой рукой. — Вы еретики, и огонь римской католической церкви очистит от вас эти земли!
— Ваши щиты не вечны. Даже вам нужно когда-то спать. — ответил я, стараясь не показывать вида что вижу знаки, показываемые на фоне. Наш лазутчик показал два кружочка пальцами, и когда большой сформировался — малый исчез. На мгновение я прикрыл глаза. Да, у парня была совсем другая задача, но… если я правильно его понял.
— Мы легко продержимся до подхода подкреплений. А после от вас не останется даже мокрого места! — самоуверенно сказал Генрих.
— К сожалению вы мне нужны живым. — сказал я, усмехнувшись. — Но посмотрим что вы сможете сделать без кристалла резонатора.
Жеглов, всё это время дожидавшийся приказа, на мгновение задумался, кивнул и переведя взгляд на паладина — ударил. Генрих вскрикнул, хватаясь за грудь. К нему мгновенно рвануло сразу несколько офицеров, но щит с корабля пропал, а в следующую минуту я, оставив управление на Ингу, влетел в пробоину на корпусе противника.
На судне творилась жуткая неразбериха. Персонал кто вжимался в стены, кто пытался бежать, но меня всё это не сильно интересовало — я рвался в капитанскую рубку. Передвигаясь по кораблю рывками, я не жалел никого кто попадался мне на пути, сметая все преграды, и через несколько секунд уже ворвался на мостик.
— Пётр! — крикнул я, пытаясь выделить из кучи-малы своего соратника.
— Здесь! — отозвался он, и я снес прессом наседавших на него офицеров. Забившись в угол, Жеглов умудрился не только выжить, но и захватить обмякшего Генриха, которого держал за шею. К счастью, оба были живы, хоть и пострадали в драке.
— Теперь ты в безопасности. — пообещал я, выставляя над ними защитную сферу, а затем, повернувшись начал методично вбивать врагов в стены и разрывать их когтями ветра. Чтобы зачистить мостик понадобилось всего несколько секунд. Выжившие в спешке бежали, храбрецы навсегда остались лежать.
— Простите, я не смог. — понуро сказал Пётр.
— Живой, уже хорошо. А вообще ты даже не представляешь как много сделал. И во время схваток, и в переговоры. — похвалил я товарища, несколько месяцев прожившего под прикрытием. — Надо сделать одно заявление… поможешь?
— Да, конечно. — слабо улыбнувшись ответил Жеглов. Поддерживая его под руку я подвел соратника к приборной панели, а сам занял место капитана, дожидаясь пока включится вещание на всех открытых частотах.
Крейсер Руссо, где-то над Байкалом.
— Убрать с большого экрана! — приказал Булат-хан, понимая, что на долго это их не спасет, и информация все равно просочится, дойдя и до офицерского состава, и до рядовых матросов. А с экрана продолжал вещать монстр, держащий одной рукой за голову Генриха, теперь уже точно бывшего Великим.
— Я, цесаревич Александр, заявляю — мы перехватили вражеский флот, уничтожили большую часть ваших судов и захватили вашего непобедимого паладина в плен. У вас есть неделя чтобы сдаться, иначе я приду за вами. — проговорило чудовище, а затем отшвырнуло тело святого паладина, словно тряпичную куклу.
— Это передают на всех частотах, господин. — внезапно охрипшим голосом проговорил адъютант. — Что нам делать? Идем на соединение во Владивосток? Несколько судов ещё сражаются, у нас там перевес сил.
— Нет… это может быть ловушка. — подумав несколько секунд ответил Саин-хан. — Отходим в Якутск. Передайте всем войскам — собраться в столице.
Не веря в собственное счастье мы смотрели как корабли врага, способные переломить итог боя, разворачиваются и уходят на север. Пусть блеф был и обоснованным, но это был всего лишь блеф, и я до последнего не мог поверить, что у нас получилось.
— Город готов к сдаче. — словно в тумане услышал я слова Марии. — Владивосток возвращается в лоно родины.
— Хорошо. Всем боеспособным судам — держаться рядом с черепахой. Заканчиваем эвакуацию и идем в порт. — приказал я, постепенно приходя в себя. Короткая схватка потребовала куда больше ресурсов чем у меня было. Большая часть меридианов либо выгорела, либо забилась, и на восстановление у меня уйдет не один месяц. Но сам факт этой невероятной победы предавал мне и окружающим силы.
