Вдруг Андре почудилось, будто нечто еще более страшное, чем ее страдание, обрушилось на ее голову. Уже испытанное ею несколько раз ощущение, предшествовавшее нервным потрясениям, овладевало тем, что было в ней еще живо. Она помимо своей воли стала медленно подниматься, ее крики стихли сами собой; словно подчиняясь чьему-то приказанию, она всем телом повернулась к окну. Несмотря на пелену, застилавшую ей глаза, она различала очертания человеческой фигуры. Когда слезы высохли и взгляд ее прояснился, она вгляделась пристальнее: какой-то человек влез в окно и теперь стоял прямо перед ней. Она хотела позвать на помощь, крикнуть, протянуть руку и позвонить в колокольчик, однако это оказалось ей не по силам… она испытала ту самую непреодолимую тяжесть, которая когда-то овладевала ею при приближении Бальзаме.
В это мгновение в стоявшем перед ней и гипнотизировавшем ее жестами и взглядом человеке она признала Жильбера.
Как Жильбер, ненавистный отец, оказался на месте горячо любимого сына?
Мы постараемся рассказать об этом читателю.
Когда по приказанию Изидора и по просьбе Себастьена лакей пошел узнать о докторе Жильбере, тот был у короля.
Спустя полчаса Жильбер вышел. Король все больше ему доверял: он всей душой тянулся к Жильберу, зная его преданность.
Едва он вышел, как лакей сообщил ему о том, что его ожидают в приемной королевы.
Он прошел по коридору; вдруг в нескольких шагах от него отворилась и затворилась боковая дверь, выпустив молодого человека, который, видимо, плохо знал расположение комнат и потому никак не мог решиться, куда ему пойти: налево или направо.
Молодой человек увидел Жильбера и стал ждать, когда тот подойдет к нему, чтобы спросить дорогу Внезапно Жильбер замер: свет кенкета падал прямо на лицо молодому человеку.
— Господин Изидор де Шарни?. — воскликнул Жильбер.
— Доктор Жильбер!. — отвечал Изидор.
— Это вы меня спрашивали?
— Совершенно верно… да, доктор, я… и еще один человек…
— Кто же?..
— Один человек, — продолжал Изидор, — с которым вам будет приятно встретиться.
— Не будет ли с моей стороны нескромностью узнать, кто это?
— Нет! Однако с моей стороны было бы жестоко заставлять вас ждать! Идемте., вернее, проводите меня в ту часть приемных королевы, которая называется зеленой гостиной.
— Могу поклясться, — со смехом заметил Жильбер, что я не лучше вас разбираюсь в топографии дворцов, особливо в Тюильри, впрочем, я все-таки попытаюсь быть вашим проводником.
Жильбер пошел вперед и скоро нащупал и толкнул какую-то дверь. Она выходила в зеленую гостиную Гостиная была пуста.
Изидор огляделся и кликнул дворецкого Однако во дворце все еще царила суматоха, и вопреки всем правилам этикета дворецкого в приемной не было.
— Давайте немного подождем, — предложил Жильбер, — этот человек не должен был далеко уйти, а пока, сударь, если можно, скажите мне, пожалуйста, кто хотел меня видеть?
Изидор с беспокойством озирался по сторонам.
— Вы не догадываетесь? — спросил он.
— Нет.
— Я встретил этого человека на дороге, он очень беспокоился, что с вами произошло несчастье, и шел в Париж пешком… я посадил его позади себя на коня и привез сюда.
— Уж не о Питу ли вы говорите?
— Нет, доктор, я имею в виду вашего сына, Себастьена.
— Себастьена!.. — вскричал Жильбер. — Да где же он? И он торопливо обшарил взглядом каждый уголок большой гостиной.
— Он был здесь; он обещал меня подождать. Верно, дворецкий, которому я его поручил, не хотел оставлять его одного и увел с собой В эту минуту вошел дворецкий. Он был один.
— Что сталось с молодым человеком, которого я оставив здесь? — спросил Изидор.
— С каким молодым человеком? — переспросил дворецкий.
Жильбер прекрасно умел владеть собой. Его начала бить дрожь, однако усилием воли он взял себя в руки.
Он подошел к дворецкому.
— О Господи! — прошептал барон де Шарни, чувствуя, как в душе его зашевелилось беспокойство.
— Ну, ну, сударь, — не теряя хладнокровия, проговорил Жильбер, — постарайтесь вспомнить… это мальчик… мой сын… он совсем не знает Парижа и если, не дай Бог, он вышел из дворца, то, не зная города, он рискует потеряться.
— Мальчик? — переспросил лакей, входя в гостиную.
— Да, мальчик, почти юноша.
— Лет пятнадцати?
— Да, да!
— Я видел, как он бежал по коридору за дамой, вышедшей от ее величества.
— Не знаете ли вы, кто была эта дама?
— Нет, у нее была опущена на лицо вуаль.
— А что она делала?
— Мне показалось, что она убегала, а мальчик пытался ее догнать и кричал: «Сударыня!» — Давайте спустимся вниз, — предложил Жильбер, — привратник нам скажет, выходил ли он на улицу.
Изидор и Жильбер пошли тем же коридором, по которому час тому назад прошла Андре, преследуемая Себастьеном.
Они подошли к двери, выходившей во двор Принцев, и стали расспрашивать привратника.
— Да, я видел женщину, она шла так быстро, будто за ней гнались, — отвечал тот. — За ней бежал мальчик. Она села в карету, мальчик бросился следом и подбежал к дверце.
— Что было дальше? — спросил Жильбер.
