Грамматика цивилизаций полностью

•  Главенствующая роль Средиземноморья: именно Средиземное море играло центральную роль в морской истории ислама.

Путешествия Синдбада — это озарения, чудеса, катастрофы, случавшиеся в Индийском океане. Однако мировая морская участь ислама решалась не там, а на Средиземном море. Именно здесь он одерживал победы, отчаянно сражался и в конечном счете проиграл.

Среди крупных завоеваний ислама оказались не только Сирия, Египет, Персия, Северная Африка и Испания, но и почти все Средиземное море. Это последнее завоевание стало бы окончательным, если бы мусульмане, обосновавшись на Крите в 825 г., остались на острове, но Византия отвоевала этот важнейший бастион в 961 г., продолжая владычествовать на Кипре и на Родосе, что позволяло ей держать в своих руках ключи от морских путей, ведущих в Эгейское море.

Итак, ислам потерпел если не полное поражение, то, если можно так выразиться почти поражение на востоке: Византия оставила за собой это усеянное островами море и окружающие Балканский полуостров просторное Черное море и Адриатику — древний итальянский путь, давший толчок к процветанию Венеции: именно этим путем направлялись в богатейшую Византию корабли с лесом, солью, пшеницей.

Однако другая — западная — часть Средиземного моря оказалась в руках моряков из Египта, Северной Африки и Испании, перешедших к тому времени под зеленые знамена ислама. Именно андалузцы завоевали Крит в 825 г.; именно тунисцы обосновались на Сицилии в период с 827 по 902 г. В эпоху их владычества остров пережил период удивительного расцвета, став сердцем «сарацинского» Средиземноморья, а Палермо, благодаря ирригационным работам, превратился в один из богатейших городов, почти в райский сад.

Мусульмане на какое-то время оказались в разных частях Корсики и Сардинии, даже в Провансе; они угрожали Риму: оскорбляли его, высаживались, когда хотели, в устье Тибра. Они крепко осели на Балеарских островах, поскольку архипелаг представлял собой важнейшее связующее звено на морских путях западного Средиземноморья, где обычно останавливались суда следовавшие из Испании в Сицилию.

Таким образом море, бывшее главным торговым путем, оказалось на службе у ислама. Оно способствовало росту и процветанию мусульманских приморских городов: Александрии, уже тогда бывшей крупнейшим портом для огромной внутренней метрополии — Каира, Палермо, Туниса (как бы из предосторожности чуть удаленного от моря). Возникают — или возрождаются — другие города: Бужи (ныне Беджайя), в окрестностях которого было много корабельного леса, Алжир, Оран (в ту эпоху это были еще скромные поселения), оживленный испанский порт Альмерия и расположенная на берегу реки Гвадалквивир (неподалеку от Атлантического океана) метрополия — Севилья.

Этот расцвет продолжался более века. Можно не сомневаться, что ислам довольно быстро столкнулся с христианским пиратством — это общая для богатых участь. Они становятся жертвами бедных. К X в., в противоположность ситуации, сложившейся позднее, богатым считался мусульманин, а пиратом был христианин. Амальфи, Пиза, Генуя превратились в подлинные осиные гнезда. Положение усугубляется после завоевания Сицилии норманнами (1060–1091). Их быстроходные суда устремляются в погоню за мусульманскими парусниками. Захват Сицилии стал первой брешью в морском владычестве «неверных».

Затем начинается, постепенное отлучение исламского мореходства от некогда принадлежащего ему «мусульманского озера». К 1080 г., в эпоху славного Сида Кампеадора и накануне воцарения альморавидов (пришедших из Судана и Северной Африки на помощь мусульманам Испании, 1085 г.) арабский поэт из Сицилии такими словами выражает свои сомнения по поводу приглашения в Испанию, несмотря на предложенные в качестве компенсации королем Толедо Мотами-дом 50 золотых динаров: «Не удивляйтесь, узнав, как от огорчения побелела моя голова; не удивляйтесь, спросив, почему не побелел черный цвет моих глаз! Море принадлежит румам, корабли подвергают себя большому риску, только суша принадлежит арабам!» Каков реванш!