– Ну этот самый Дронго. – Министр как профессионал не любил дилетантов, к которым он относил и Дронго. Во-первых, его раздражала самостоятельность эксперта, во-вторых, его упрямое нежелание становиться сотрудником государственной службы, а в-третьих, просто невероятная популярность самого имени Дронго, которое давно стало нарицательным, и не только в странах СНГ.
– Он сейчас в Сирии, – доложил Касумов, – мне передали, что он звонил сегодня из Дамаска. Остановился в отеле «Шератон тауэр».
– Он разъезжает по всему миру, делает, что хочет, работает, на кого хочет, – вставил заместитель министра, решив, что пришло его время, – он, конечно, имеет какие-то навыки, но очень недисциплинированный человек. Такой частный детектив.
– Нам такие не нужны, – отрезал министр. – Мы должны использовать свои возможности, чтобы продемонстрировать, как мы умеем работать.
Касумов молчал, терпеливо ожидая, чем кончится этот затянувшийся разговор.
– У тебя есть один день, – закончил министр, – сегодня до вечера ты должен арестовать Ильяса Мансимова. Если не сумеешь его найти, то завтра можешь принести мне заявление о своей отставке.
Заместитель министра кивнул. Он не проронил ни слова, за исключением реплики о Дронго, но его взгляды красноречивее всего свидетельствовали о его собственных чувствах. Если Касумов был виноват и его должен наказать министр, то курировавшего работу их отдела заместителя министра немедленно снимет с работы сам президент. И поэтому он сидел мрачный и злой, понимая, что сегодняшний день может решить во многом и его собственную судьбу.
Утром за завтраком Дронго встретил Алису Линхарт. Она кивнула ему, усаживаясь за соседний столик. Он взял газету, положил на тарелку одну булочку и, попросив официанта принести ему чай с молоком, уселся за столик. После завтрака он вышел в холл, где случайно оказалась и мисс Линхарт. Они вместе вошли в лифт, и только когда кабина тронулась, Дронго негромко произнес:
– Пока все идет по плану.
– Может, вы объясните мне ваш план? – нервно спросила она.
– Долго объяснять, – сказал он, – мне понадобится оружие.
– Что? – удивилась она.
– Мне нужен пистолет, – негромко сказал он.
Она смотрела на него, пока лифт не остановился на его этаже, и только тогда сказала:
– Хорошо, когда он вам нужен?
– Сегодня. И чем быстрее, тем лучше, – с этими словами он вышел из кабины лифта, и створки двери за ним мягко закрылись. Женщина покачала головой. Ее раздражал этот непонятный тип, кажется, искренне считающий себя гениальным аналитиком. «И с такими самоуверенными нахалами приходится работать, – разочарованно подумала она. – О нем столько говорят. А на самом деле ничего нет. Немного наглости, самоуверенность, напыщенный вид и загадочные фразы. Как можно найти в огромном городе нужного человека, если не знаешь языка, первый раз сюда приехал и вообще не представляешь, как нужно искать. Не говоря уже о том, что Ахмеда Мурсала не может найти даже такая организация, как МОССАД. Неужели он считает себя умнее и способнее всей агентуры МОССАД в Сирии? Слишком самоуверенный человек, думает, что добьется успеха там, где не смогли ничего сделать сотрудники МОССАД».
Она вышла из лифта и направилась к своему номеру. В это время Дронго в своем номере задумчиво смотрел на лежавшую перед ним бумагу. «Три разведки, – думал он. – Три разведки. Кажется, был такой мультфильм „Три банана“. А сейчас три разведки. Или, может, четыре?» Нет, ему нужны пока именно три, чтобы проверить свои предположения. И заодно выяснить свои подозрения. Он включил телевизор. В отелях компании «Шератон» можно было принимать всемирную сеть Си-эн-эн, которую он с удовольствием смотрел, где бы ни находился. Многих дикторов он знал в лицо, отмечая их манеру вести репортаж, умение подавать себя. В компании Тернера работали выдающиеся профессионалы.
Он немного убавил звук и взглянул на часы. Половина одиннадцатого. Если все будет правильно, то сегодня к вечеру или завтра утром он должен ждать гостей. Вся проблема лишь в том, что он знает, что к нему пожалуют гости. А они даже не догадываются о его знании.
