Отведенное Эвину помещение одновременно служило изменяющему спальней. В нос бил запах курева, повсюду виднелись разнообразные листы с пометками – как скомканные и заброшенные в угол, так и аккуратно расправленные на столе, подоконнике и даже невесть как удерживающиеся на стеклянных дверцах шкафа. Точно так же тут и там встречались перемешанные между собой кристаллы и неизвестные девушке приборы. И те, и другие время от времени подмигивали разноцветными огнями.
– Прошу, – Эвин небрежно убрал с шаткого стула ноутбук, изукрашенный множеством царапин на некогда гладкой крышке. – Итак? Какой секрет ты хочешь мне поведать?
Сам маг, как за ним водилось, пристроил пятую точку на свободном уголке стола.
– Ты ведь знаешь, почему Мэя не пускают к сестре и детям?
– Ну, допустим.
– Вот и он догадывается, – девушка нервно прикусила губу. Ей не слишком-то нравилось находиться в душном, замкнутом помещении наедине с изменяющим, но вечно занятая Лана ее точно пошлет подальше с такими глупостями. А вот если свое мнение выскажет Эвин…
– Мэй говорит, что никогда не обидит Дани и малышей. Тем более, если вокруг нет больше ни одного майда, кто может о них позаботиться. Он просил, чтобы малышей переселили к нему, как только можно будет их забрать из инкубатора. И Дани… Они ведь одна плоть и кровь, неужели Мэй не сможет как-то обратить заклятие патриарха?
– Ты не застала тот скандал, что мне Лана учинила, узнав, что я рассказал Мэю про прибытие Данейин?
– Неа, я тогда спать пошла, совсем сил не было… Я и не подумала, откуда он про все знает. А зачем, кстати?
– Примерно с той же целью. Нет у нас опыта выращивания маленьких майдов, чтобы там Баго не говорила, и я намерен со временем транспортировать все семейство в Арканиум. В Астраль. Им небезопасно находиться так близко от моря и Найтира. Рано или поздно они захотят свободы, и я даже не представляю, что мы будем тогда делать.
– Я что-то не очень поняла, согласен ли ты, что малышей надо отдать на воспитание Мэю?
– Тут нет однозначного ответа, – Эвин полез в карман за трубкой. – Есть аргументы против, есть аргументы за. И главная проблема не в том, что он может сделать с малышами, а в том, что мы сами не знаем, что с ними делать.
– Я примерно знаю, что из себя представляет взросление разумного в лаборатории. Если растить их в клетках, без матери и кого-либо из их расы…
Девушка не стала заканчивать очевидную мысль, неодобрительно наблюдая, как маг возится со своим курительным прибором. Получившаяся в разговоре пауза была не менее неприятна, чем струйки вырывающегося из круглой чаши дыма.
– А Мэй, стало быть, хочет позаботиться о детях, которых раньше хотел убить. Знаешь, сын Найтира кажется мне не слишком подходящим синонимом слова «искренность».
– Не буду спорить, – неожиданно мирно и покладисто ответила Аори. – Только сейчас он загорелся идеей воспитать новых патриархов, способных мирно сосуществовать с людьми.
– Какой величественный и полезный для общества замысел.
– А еще Мэй понял, что такое настоящее одиночество. И да, он будет всеми пятьюдесятью зубами вгрызаться в шанс его избежать.
Кое-как сдерживавшаяся последнюю минуту, девушка все же закашляла от окутавшего ее дымного облака. Проникновенный и убедительный тон явно не удался. Еще и голова закружилась от неосторожного глубокого вдоха.
Хм, и почему сначала дым показался отвратительным? Густой, со сладким ароматом, насыщенным древесными нотками. Кажется, какие-то из них чувствовались и в сигаретах одной измененной… Так приятно, так расслабляет. Руки и ноги стали ватными, непослушными, налились теплой тяжестью… Хорошо, что присела.
– Понимаю.
Сдвинувшись по краю стола ближе к Аори, маг отложил трубку в сторону и подался вперед.
– Что ж, давай посмотрим на Мэя.
– Где? – девушка глупо улыбнулась, ощутив слабый горький запах, исходящий от мужчины. Кажется, это нотки лаванды и чего-то еще незнакомого, но столь же гармонично смешавшегося с ароматом табака.
– В твоем сознании, конечно.
Аори не усела среагировать, не понимая даже, качается она сама, стул или весь мир вокруг. Все кружилось, заставив девушку расслабленно прикрыть глаза и даже не пошевелиться, когда чуткие пальцы мага легли на ее виски.
Почему они так дрожат, мелко, словно от волнения?
Голову пронзило ледяным холодом, но он лишь усилил действие дурмана. Шум в ушах, зародившийся подобно едва ощутимому нашептыванию, резко заполнил все сознание, а круговерть в глазах сменил калейдоскоп, принявшийся небрежно тасовать цвета и формы.
Воспоминания, чувства, впечатления. Прежний мир, населенный серокожими существами, страх, унижение, боль, надежда… Это мага не интересовало.
Цветные вспышки принялись сменять чужие сущности. Они не были похожи на свои реальные тела, эти образы и вовсе нельзя было назвать человеческими, но Аори каждый раз точно знала, кто появился перед ней.
Сам Эвин, находящийся рядом и потому занимающий в мыслях первое место. Проницательный, неуступчивый, неприятный. Исследователь.
Лана. Сильная, прямая, решительная. Хранитель.
Тройн. Теплый, харизматичный, умный. Все понимающий.
