– Какое удивительное совпадение, – иронично протянул Тройн. – Четыре крупных портовых города и четыре патриарха, живущих поблизости каждого.
– Мне не совсем ясна твоя мысль, – недоброжелательно отозвался Эвин, садясь ровно.
– Ах да, я не упомянул про расширение зоны влияния за последние пятьдесят лет. Патриархи остались в меньшинстве… О! Погоди-ка, я и забыл, что у нас есть трое свеженьких!
– Угомонись. Изначально их было больше. Один погиб, четверо возглавили контактные зоны, еще об одном ничего не известно. И количество зон было регламентировано еще до разграничения, так что никаких совпадений нет.
– Именно поэтому мы выстроили три новых города.
– Они не находятся на побережье.
– Ага, всего лишь в устьях крупных рек, в нескольких километрах от него. Как там, уже возвели отделения Арканиума? Будете дальше наблюдать, как майды радуются новому корму?
– Тройн, ты меня достал, – изменяющий облокотился на стол, и что-то в его глазах заставило Лексаза промолчать. – Я раньше не замечал за тобой склонности к беспредметным спорам ради споров, в которых ты даже не имеешь никаких аргументов. Как, между прочим, и четкой позиции. Иди почитай текстовую интерпретацию Договора с майдами, авось появятся. И, видят боги, еще одна подобная фраза с твоей стороны, и ты пожалеешь.
Опытный дипломат взгляда не отвел.
– Когда Лана вернется? – тихо спросила Аори, когда молчание стало совсем уж нехорошим.
– Не могу спрогнозировать, – вздохнул Эвин, отворачиваясь к экрану. – С Найтиром ни в чем нельзя быть уверенным. Но встретиться они ориентировочно должны через… э… две с половиной минуты. Бляшки ведут съемку и транслируют на пятый и шестой, посмотрите сами.
– Бляшки?
– Беспилотные летательные аппараты, – тихо пояснил Лексаз, переключаясь на указанные каналы.
Даже схема была информативнее съемки, ведущейся в полной темноте, пусть даже один из аппаратов и снимал в инфракрасном излучении. Рядом с экраном трансляции одна за другой пролетали строки сообщений операторов, находящихся в здании неподалеку, но, в отличие от Тройна, девушка не успевала их толком анализировать.
Аори знакомо пробрала холодная дрожь, когда символизирующие людей и майдов метки сошлись на расстояние выстрела.
17.
Воспроизводить какие-либо заклинания в грохочущем мире вертолетов и оружия у изменяющих всегда получалось не очень хорошо. Именно поэтому двоих магов, единственных, чьи силы не были вымотаны сражением у моря, рассадили по разным машинам, а оные направили на противоположные фланги. Благодаря их усилиям в воздухе разливалось слабое свечение, усиливающееся при контакте с майдами и превращающее их в отличные мишени.
Подводные, оказавшись в чуждой стихии, с безрассудством самоубийц бросались навстречу тяжеловооруженным вертолетам, и выкашивать подсвеченные цели не составляло бы никакого труда, если бы… Если бы они стояли неподвижно. А так большая часть выпущенных солдатами зарядов уходила в небо или в промежутки между темными машинами. Любой другой подобный отряд уже давно записал себе на счет несколько подбитых своими же вертушек, но Баго ухитрялись вовремя останавливаться, уходить на разворот, зависать и петлять в воздухе немногим хуже майдов.
Чтобы обезопасить себя от атак, стоило взлететь повыше. Чтобы попасть по юрким целям, нужно было опуститься пониже. Два взаимоисключающих условия, и постоянно приходилось идти на компромиссы. Вцепившись в автомат, Лана периодически выцеливала мелькающие вокруг фигуры, пытающиеся на ходу ухватиться за корпуса вертолетов и попасть внутрь. Майды же, как назло, облетали ее стороной, ничем женщине не угрожая, и особенность все никак не хотела работать. Внутри росло смутное ощущение угрозы, но точно определить ее источник Лана не могла.
Ожидание… Скорее бы увидеть своего истинного, единственно достойного врага.
Противники все не кончались, и Лане постепенно стало казаться, что она находится внутри огромной механической лампы, к которой слетелся рой кровососущих мотыльков. И сама она – не более чем винтик, пытающийся уследить за юркими крылатыми насекомыми, но вынужденный при этом двигаться внутри системы. Майды кружились вокруг, не останавливаясь ни на миг, вцепляясь в подножки и тут же увиливая от удара, щерились, хлопали крыльями и никак не давая понять, что у них на уме. Ритм все ускорялся и ускорялся, но хищники не провели ни одной направленной атаки, постоянно их начиная и бесполезно смазывая, уходя в сторону даже там, где преимущество было безоговорочным.
Неимоверно быстрая тень мелькнула у открытой дыры, сквозь которую стреляли солдаты, и понеслась дальше, к следующему вертолету. Лана отшатнулась – взмах когтистой лапы пришелся на ее сторону, – а вот сидящий рядом парень успел ударить в ответ, но не попал и лишь что-то прошипел сквозь сжатые зубы. На его бедре появился свежий порез, неглубокий, оставленный неуловимым сумасшедшим майдом.
Судя по сообщениям, он навестил практически все машины, оказавшиеся вдали от изменяющих, и скрылся, так и не дав в себя попасть.
